Книга Измена. Я теперь (не) твоя, дракон!, страница 92 – Илана Васина

— Нет смысла бороться, леди Луара. Не заставляйте делать вам больно!

В конце концов, изловчившись, умудряюсь выдернуть свою руку и даже, пробившись сквозь звукоизоляционный пузырь, вырваться наружу и сделать два шага, а затем...

Удар. Острая боль в затылке. И пустота.

Прихожу в себя от пульсирующей боли в голове. Лежу в неудобной позе. Шея, плечи и ноги затекли. Медленно приоткрываю глаза и обвожу взглядом пространство. Неприятный запах ударяет в ноздри, заставляя поморщиться. Пахнет дымом, плесенью и сыростью. Изо рта рвется стон, но я заставляю себя прикусить язык.

Нельзя привлекать к себе внимание.

Сначала надо осмотреться.

Приоткрыв чуть-чуть глаза, вижу часть огромной, темной комнаты, напоминающей примитивный деревенский сруб с бревнами вместо стен и с печкой, где потрескивает огонь. На дощатом полу выстроены в два ряда деревянные кровати. На каждой — прозрачная, тонкая крышка, по которой скользят горящие синие искорки. Выглядит чарующе, пока я не замечаю контуры спящего детского тельца под ближайшей крышкой.

Когда до меня доходит, что на кроватях лежат похищенные драконята, сердце пропускает удар. Едва сдерживаю крик. Первая реакция — броситься к бедняжкам, чтобы вызволить их, но, дернувшись разок, понимаю, что это невозможно. Я сама обездвижена.

Прочная бечевка обхватывает мои лодыжки и крепит их к подножью кровати. И, хотя в комнате никого не вижу, сбежать не могу. Подсаживаюсь к бечевке, ковыряюсь в хитро завязанном узле, но расплести не могу, как ни стараюсь.

Ничего. Я ведь умею пользоваться магией огня.

Придется, потерпеть, пока я жгу бечевку, но это ничего.

Вспоминаю последний разговор с Дарраном. Как он стоял за моей спиной и обхватывал сильными руками. Просил расслабить кисть и не бояться магии. На миг в сердце щемит от тоски по нему, но я приказываю себе сфокусироваться на магии. Рисую плетение, воображая магию в виде любимых иголочек, и совсем скоро передо мной пляшут аккуратные огненные всполохи в виде тоненьких игл.

Всхлипнув от радости, повыше задираю лодыжки, чтобы подставить бечевку пламени. Не успеваю даже обжечься, как оно с тихим шипением гаснет.

— Вам зачет, — раздается тихий голос за моей спиной, заставляя вздрогнуть всем телом.

Передо мной появляется Луций. Бледный, небритый с серьезным, торжественным лицом.

— Говорил же, что у вас талант!

Все это время, пока я, пробудившись, озиралась по сторонам, он сидел в моей слепой зоне — за изголовьем кровати. Видимо хотел понаблюдать, как я себя буду вести. Проклятый безумец!

— Отпустите меня, — требую.

— Ну сами подумайте, — Фабиан стучит по своему лбу. — Зачем мне это делать?

— Я уговорю мужа вас пощадить, если вы меня отпустите. Драконята ведь живы. И я жива. Вас отпустят.

— Наивная леди Лаура, — кидает он, поправляя золотисто-коричневый камзол. — Думаете, я отступлю от своей задумки? Когда откроется Бездна, я уничтожу всех драконов, до единого. Они поплатятся за смерть моей сестры.

— И вы умрете с ними?

— Не обязательно. Я подготовил заклинание, чтобы загнать монстров обратно. Когда драконы закончатся, я очищу наш мир от темных созданий.

— Не очистите! Единственные, кто может победить тварей из Бездны, — это драконы. Все остальное — происки черных магов. Ложь.

— Вот и проверим, — он кривит рот в усмешке. — Я готов к жертвам.