Книга Пленница варваров, страница 24 – Натали Нил, Tommy Glub

Это тоже странно. Разве это не местные жители? Не должны ли они знать все биологические и растительные виды на вид, класс и разделять их на опасные и не опасные?

— Есть галеты, - Эвар достаёт неизвестную пачку и быстро её раскрывает. - Наверное, остались с прошлого похода, - пожал он плечами. Даёт одну брату, одну суёт в рот и одну тянет мне. - Бери. Ты, кажется, сильно похожа на нас, а потому должна ощущать голод. Только зачем ты разделась?

— Так легче, - пожала плечами. - Костюм сдавил мне рёбра и всю кожу. Он не приспособлен для того, чтобы в нём вот так вот жили.

— Кто ты такая? - тихо спрашивает Аман, жуя галет и слабо дыша. Я вздрагиваю, потому что сперва хочется рассказать правду и сказать, кто я. Чтобы было нормальное отношение, и они побоялись связываться с самим Императором. Но после что-то подсказывает мне, что это не имеет никакого значения. Я для них, что вот такая вот странная и слабая девочка, что принцесса - лишь очередной хороший куш.

— Лита, - тихо отвечаю, прекрасно понимая, что они хотят узнать другое.

— Лита... Это твоё имя? Странное, - пожал плечами Эвар. - Откуда ты? Как зовётся твой биовид? Почему ты ведёшь себя вот так?

— Я человек, - осторожно лавируя, я обхожу неудобные вопросы и опасливо смотрю на них обоих.

— Что это такое?

— Человек? Это биологический вид, который сейчас считается редким видом после... После катаклизма на планете, на моей родной планете... Она очень похожа на эту, особенно, этими серыми полями, что начинаются после этого леса...

— Ты разве не слышишь, что она врёт? - Аман не выдержал.

— Слышу, - пожал плечами Эвар. - Я бы сказал, просто скрывает часть правды. Манеры у тебя, человек, очень... Как это сказать? Благородные...

-Я просто девушка, - тихо отвечаю.

— Не хочешь говорить, не надо, - кивнул Эвар. - Скажешь по дороге, возможно, продадим не самому безжалостному покупателю... Нет - продадим кому похуже и забудем.

Я отворачиваюсь, чувствуя, как напрягаются мышцы шеи. Говорить кто я, по-прежнему не хочется. Это не интересно мне, да и, кажется, бесполезно. Почему-то кажется, что для них обоих Император Релон, псиониты и вся Империя – ничего больше, чем обычные слова, пустой звук в этом диком мире. Будь они знакомы с ними, узнали бы меня. Или если были бы псионитами, почувствовали бы мою силу.

Я подползаю ближе к огню, ощущая, как бетон неприятно царапает ладони. Эвар устраивается около брата и складывает руки на груди, его поза выражает настороженность и любопытство одновременно. Я же обнимаю коленки, чувствуя, как напряжены мышцы, и вздыхаю, смотря на огонь. Языки пламени танцуют перед глазами, словно насмехаясь над моей беспомощностью.

Хочется плакать, горло сжимается от подступающих слез. Неужели в романизированных приключениях нет ни капельки правды‘? И реальность выглядит именно так? Сплошные неприятности, проблемы и печальная, суровая жизнь, которая бьёт по голове в самый неподходящий момент, словно молот по наковальне. Ещё и никаким образом я не могу дать знать, что жива. Сестра может и вовсе прекратить поиски, меня и всю команду похоронить со всеми традициями и поплакать пару дней, не зная, что я здесь, жива и совершенно одна.

И почему всё сложилось так? Ну вот почему именно со мной этот корабль сначала засбоил, а потом и вовсе был сбит? Кем сбит? Почему? Вопросы роятся в голове, как назойливые мухи. Неужели на этой планете есть вообще такая система, способная сбить целый мощный космолёт? Или планета и её жители ни при чём? Тогда кто? Эти мысли кружатся в моей голове, не давая покоя и заставляя вновь и вновь возвращаться к мучительным догадкам.