Книга Счастье придёт весной. Песнь белого Волка, страница 71 – Александра Каплунова

И тут мой взгляд упал на Олава. Он сражался недалеко от Арвида, прикрывая его спину. Но что-то в его движениях показалось мне странным. Он словно тоже... выжидал чего-то. Его удары были точными, но он не стремился продвинуться вперед, оставаясь на одном месте, вращаясь вокруг своей оси. И нападавших он не ранил. Они принимали на топоры и кривые мечи его удары, но это больше походило на тренировку. Что вообще происходит?

Я уже начала искать другой выход из дома, тот через который я пришла, выбросил бы меня обратно на площадь, прямо в руки красномордых. Но снова взглянув в сторону Арвида, едва не закричала прямо отсюда.

Когда следующая волна красных воинов накатила на них, Олав оказался за спиной Арвида. И в тот момент, когда Арвид поднял меч для удара, Олав сделал то, чего я ожидала меньше всего.

Он занес свой собственный меч и опустил его со спины на Арвида.

— Арвид мне как брат, — слова Олава эхом раздавались в моей голове.

Как. брат.

Меч опускается на Арвида.

Я не видела, куда именно попал Олав — красномордых вокруг них собралось, точно шакалов, почуявших легкую добычу.

Но через спины маячивших, я видела, как Арвид… упал.

Мир раскололся надвое. До — где Арвид стоял несокрушимой скалой среди хаоса битвы. И после — где его тело осело на землю.

Я прикусила костяшки пальцев так сильно, что почувствовала вкус собственной крови. Мой разум отказывался верить в то, что сейчас произошло. Олав, который всегда был рядом с Арвидом. Который шутил с ним у костра, прикрывал его спину в бою, делил трапезу и кров. Тот, кому Арвид доверял больше всего.

Воздух разом весь кончился. Вспыхнул пламенем, выжигая меня изнутри. Вырывая легкие, сердце, вообще все.

Я с силой сжала свое лицо — зажала рот, чтобы не заорать.

Крик, рвущийся из груди, мог стоить мне жизни. Они бы услышали. Нашли бы меня. И что тогда?

Что я вообще могла сделать?

Но Арвид велел мне спрятаться. Не высовываться.

Я оглядела площадь, но остальных либо не было видно, либо они были слишком далеко. Крики, запах гари — снова подожгли какие-то дома. Запах крови и тлена. Все это теперь врежется мне в память на остаток моей жизни.

Только бы она не оказалась слишком короткой.

Сигурда я потеряла из виду еще в самом начале — в последний раз он сражался с тремя краснолицыми одновременно, его меч мелькал серебристой молнией среди их топоров. Эйрик... я молилась, чтобы парень был еще жив. Он еще не рассказал мне о той охоте на дикого вепря… Не рассказал!

Олав… Олав. Как?

Воспоминания вспыхивали перед глазами: вот Олав помогает мне перебраться через ручей, протягивая руку. Вот он одобрительно кивает, когда я метко стреляю из лука. Вот он сидит у костра, слушая истории Арвида, и в его глазах нет ничего, кроме дружеского тепла.

Была ли это игра? Все это время? Или решение предать пришло недавно? Что могло заставить его повернуть оружие против того, кого он называл братом?

Внутри моей головы все билась и билась лихорадочная мысль. Почему он предал Арвида? Почему сделал это? За что? Арвид доверял ему. Всецело. Безоговорочно. И всегда следил, чтобы его щиту досталось теплое место и самый лучший кусок мяса.

Я лихорадочно огляделась в поисках выхода. В дальней стене виднелся пролом, достаточно большой, чтобы через него можно было пролезть. Я бросилась к нему, понимая, что через передний не выйду — там кишмя кишели эти перемазанные нелюди.