Книга Адская Кошка и Цветы Жизни, страница 170 – Елена Жильникова

— Госпожа на две недели лишила меня своего внимания и строго запретила любые схватки в здании лагеря, исключая гаремный и спортивный залы, – ухмыльнулся Клиф, с вызовом глядя на Луи. Слово «гаремный» он особо выделил, прозрачно намекая, что не прочь выяснить отношения в специально отведенном для этого месте. – А счастлив я, потому что госпожа наказала меня так, как умеет только она – ласково и жестоко.

Блондин неторопливо поднялся и, сжав кулаки, направился к своему заместителю со зверским выражением лица.

— Не надо, Луи, – попытался урезонить Бэзил, преградив ему путь. – Клиф ни чем тебя не обидел. Он лишь ответил на твой вопрос. Только и всего. Причин для драки нет.

Блондин отшвырнул шатена в сторону и замешкался у косяка на границе холла и коридора, не рискуя нарушить правила.

— Клиф, хоть ты будь умнее, – воззвал к благоразумию фаворита Бэзил, выбираясь из щели между креслами, куда его отбросило. – Если госпожа услышит или, храни богиня, увидит новую драку, плохо будет всем. Твоя опала, Клиф, наверняка, растянется до Дня Первого Цветения, Луи заработает «танец с тростью», если не новый расстрел, а я огребу жесткой игры за то, что вам не помешал.

Резко посерьезнев, русый с негромким рыком кинулся на блондина, повалил на ближайший диван, и, схватив за горло, прошипел в губы:

— Только попробуй расстроить мою госпожу, падла белобрысая. Я с тебя шкуру спущу и сделаю коврик в ванную госпожи. Ты меня понял?

— Понял, – буркнул Луи.

Клиф, оправив противнику воротник, быстрыми шагами удалился.

Блондин проводил его взглядом и бросил вслед:

— Бешеный!

— Луи, нас ждет госпожа, – напомнил Бэзил, протягивая руку, а про себя добавил: «Кто бы говорил! Клиф по сравнению с тобой сама рассудительность и кротость!»

07.08.437. Кабинет Эйланы. Лагерь Смертников

В комнате никого не обнаружилось, только сапожки сиротливо притулились возле дивана, но из ванной раздавался шум воды. Мужчины переглянулись и опустились на ковер. Через несколько минут вошла госпожа в утренней одежде, вкусно пахнущая ванилью и персиком. Блондин склонил голову ниже, чтобы скрыть свое волнение.

— Бэзил, ты когда-нибудь бывал в доме Шарлин Леруа? – спросила Эйлана, садясь в кресло.

— Да, госпожа, – ответил шатен. – Госпожа Шарлин несколько раз возила меня туда.

— Хочешь навестить свою прежнюю госпожу?

Бэзил активно закивал.

— В таком случае, седлай лошадей. Минут через двадцать ты едешь со мной в особняк, а в конце недели сопровождаешь нас с Софи в дом Шарлин.

— Благодарю, госпожа, – шатен резво вскочил и вышел из кабинета.

— Расскажи, Луи, что плохого случилось в лагере за последнюю неделю, – попросила госпожа, когда за Бэзилом закрылась дверь.

— У нас все хорошо, госпожа, – произнес управляющий, с сожалением отметив, что его назвали по имени, а не ласковым прозвищем как обычно. – Ничего достойного вашего внимания, госпожа, не происходило. Сплошь рутина и рядовые недоразумения.

— Почему же ты так унижаешься, словно в чем-то виноват или боишься сообщить мне неприятную весть? – мягко спросила госпожа, кладя ногу на ногу, отчего штанина намного задралась, открывая взору раба нежную кожу левой голени.

Луи невольно залюбовался ножкой и еле сдержал желание припасть к ней губами. Со своего места мужчине хорошо был виден уродливый шрам, темно-бурой змеей опоясывающий щиколотку. Он в очередной раз подивился, как с такой травмой госпожа может не только ходить, но и танцевать и даже бегать.