Книга Бетонное алиби [сборник], страница 154 – Алексей Макеев, Николай Леонов

— Зараза! — гневно выпалил полковник, ударив ладонями по рулевому колесу.

— Упустили?

— Да. Звони на посты, пусть ловят. Может, через час нагоним.

— Час? Кошмар! Хорошо, где рация?

Передав скудные сведения, которые удалось запомнить, София вновь уткнулась в телефон. Витиеватая лента рядов, состоящая целиком из разноцветных автомобилей, приняла статичное состояние. Прогноз погоды, как оказалось, нагло соврал, и в столице вовсю властвовала испепеляющая жара. Кондиционер в казенной машине толком не работал, поэтому выбор был невелик: либо отключать тумблер и открыть окна, либо оставить все как есть, но задыхаться в еще большем пекле.

Рация угрюмо молчала, не давая отчета о погоне, а пробка, как назло, оставалась неподвижной. Спустя сорок минут аппарат затрещал, после чего кто-то из своих сообщил: «Мы его упустили». С правой стороны от Гурова раздались жалобные всхлипы. Девушка плакала.

— София Леонидовна, я понимаю тебя. Понимаю, как тебе тяжело. Говорю же, сам съезжу. Если совсем невмоготу, давай до дома подкину, на пару дней больничный себе оформи. Отдохнешь, да вернешься в строй. Я тебе разрешаю. За эти несколько дней ничего не упустишь.

София прикрыла рот ладонью, слезы градом катились из глаз.

— Ладно, не на пару дней — на неделю.

Ответа не последовало.

— Нет, ну, знаете ли, две недели уже перебор, я такое не приветствую.

Всхлипы заглушали непривычно тихий голос начальника.

— Ты из-за того, что курьера упустили, что ли? Да брось ты, нагоним. Камер по всему городу на каждом шагу понатыкано. — Тут он вспомнил, что места, где убийца оставлял посылки, не попадали в обзор камер, потому уточнил: — Почти на каждом. Все образуется.

Пожарская отрицательно замотала головой.

— Нет, так дело не пойдет. Я, конечно, опер, но мне этих загадок и на работе хватает. Давай говори толком, чего слезы льешь.

— Лешка Филатов умер… сейчас его жена мне написала. В социальных сетях уже разлетелись фотографии.

Поняв, что затор не рассосется, он вырулил в правый ряд и поставил автомобиль на парковку возле придорожного супермаркета. В голову пришли странные мысли: «Пытаемся ухватить ускользающую деталь, выдвигаем разные теории. Из подозреваемых — только Алла Туркина, на которую нас вывела Галина Грачева. На карандаше все еще буду держать Шилова, к нему отправлю ребят, чтобы последили. Если ничего не прояснится, скатаю к сидельцу Прокофьеву, разузнаю, кто таков. Однако, стоит признать, его брат действительно имеет алиби на время происшествий и, кажется, не заинтересован в остальных смертях. Выходит, не в ту сторону копаем. У каждого умершего была личная жизнь, связи и знакомства, но в этом деле, предполагаю, Грачева больше права. Навеянная мысль о том, что убитые были когда-то знакомы, кажется, близка к тому, кого мы ищем. И сейчас Пожарская вновь сообщает о смерти, очевидно, знакомого ей человека. А что, если предположить, что ситуация крутится вокруг конкретной семьи? Или одного человека?»

— О ком речь?

— Филатов — еще один давний друг Сашки.

— Наш случай?

Воспользовавшись носовым платком, девушка, подавив всхлипы, ответила:

— Похоже, что да. Тоже смерть в прямом эфире. А мы говорили ему, что его трюки до добра не доведут…

На телефон полковника пришло уведомление от Орлова, который уже оказался в курсе происшедшего. Гуров, ознакомившись, ответил начальству, что постарается поскорее прибыть на место.