Книга Зарево. Оправдание хаоса, страница 28 – Диана Ва-Шаль

Минут через десять все кончилось. Девушка умерла. Роберт что-то проговорил над телом, закрыл трупу глаза. Срезал зачем-то прядь ее волос. Снял жетон с шеи. Остальные разошлись по сторонам в безмолвии, старались вида не подавать, насколько подавлены. Вторая девушка группы, невысокая блондинка с короткой стрижкой, обняла мужчину с копной вьющихся темных волос на макушке. А мы с Сэмом… Как бы жутко это не было признавать, но смерть девушки не вызвала во мне никаких чувств. Внутри звенела пустота. Отрешенность. Коматозное состояние.

Я видела за эти сутки слишком много крови и смертей. И эта не была самой страшной.

А затем к нам подошел Роберт. Он присел на носки напротив нас, сцепив руки в замок и тяжело выдыхая.

— Что ж, у меня есть немного времени побеседовать, – устало сказал мужчина, посмотрев прямо в мое лицо, в то время как мой взгляд замер на показавшейся под его расстегнутой курткой нашивке. Серебристые змеи нитями расползались на футболке в районе сердца… Глаза мои округлились, я раскрыла рот, задыхаясь. – Мое имя Роберт Сборт, и я командир группы..

— "Горгона", – проговорила на выдохе, поднимая глаза на Роберта. – Вы горгоновцы, так ведь?

* * *

Лампы зловеще гудели над нашими головами. Я вслушивалась, стараясь уловить любой звук. Помутненный взгляд. Казалось, скажи сейчас кто-то на пол тона громче, и я завизжу от страха и ужаса. Тело девушки лежало на кассовом столе. Ее рука свисала со столешницы. Кровь капала с пальцев на пол.

Это не может происходить со мной. Все это не по-настоящему.

Я смотрела на Роберта, который рассказывал, как его группа оказалась в этом городе, но мой взгляд то и дело падал на небольшую вышитую на его футболке голову Горгоны.

Ты мог не разбираться в политике, военной сфере, не слышать новостей и не читать газетных сводок, но о горгоновцах ты не мог не знать.

"Горгона". Группа-символ. Призрачная группа, почти мифически легендарная, предшественник которой триста шесть лет назад помог первым Трем взойти к власти. Небольшое элитное образование, подчиняющееся непосредственно Трем и единственно Главнокомандующему. Имена участников всегда находились где-то в стороне, ведь самостоятельно их будто не существовало, была только "Горгона" и горгоновцы. Они посвящали жизнь военному делу, этой группе, отказываясь от своего прошлого и будущего. Самые сложные операции, самые горячие точки боевых действий – и имя "Горгоны" неотложно следовало рядом.

Никто не мог сказать, чего вокруг этих бойцов больше – правды или сплетен: о их профессионализме и преданности своей идеологии говорили почти с благоговением.

— ..активно распространяться по северной части области эта зараза начала с пару недель назад. Верхи пытались доказать, что все держится под контролем. Может, оно и было так сначала, но все-то города и границы не перекроешь, – Роберт с секунду помолчал. – Я работал со своими ребятами в районе "Холодного штиля", там сейчас с новой силой начались боевые действия.

— Боевые действия? На юго-западе? – неверяще переспросила. – Но говорили же, что все военные операции там закончились? После всех мирных и пацифистских демонстраций?

— Людям всегда крови мало, – вдруг зло фыркнул Сэм, скрещивая руки на груди и опуская глаза в пол. Я бросила на него предупреждающий взгляд, которого он, конечно, не увидел; Роберт же отреагировал чрезвычайно спокойно на колкость Дорта.