Онлайн книга «Хороший братец – мертвый братец»
|
— Где он у тебя? — Где ж ему быть? Как у всех людей, в багажнике. Лом выскочил из машины, распахнул крышку багажника. Ну где здесь найдешь трос среди высохших шкурок. — На хрена, бабай, ты с собой все это таскаешь? — А чего? – отозвался липун. – Не в лесу же бросать. А экология? Мы ведь тоже понимать можем. Бережем природу. Я пищевые отходы в утиль сдаю. И тряпочки… И волосики… И кожицу… Наконец Лом нащупал и выудил из тряпья капроновый строп с металлическими крюками на концах. Отдаленный рык приближался: — ХАРА О-О-ОРО-О… Лом дрожащими руками зацепил крюк за проушину под передним бампером, а другим концом стропа обвязал березовый ствол поближе к вершине. Скакнул в машину и дал задний ход. «Запорожец» напрягся, подвывая, но не тронулся с места. — Дед, пусти Сныча! – крикнул Лом. – Пусть подтолкнет. — Ага. Как же! Сейчас отпущу… — Бабай!!! – завопил вне себя Лом. Однако упавшее дерево уже поддавалось и ползло, топорщась, за маленьким автомобильчиком, освобождая дорогу. Лом остановил машину, выскочил и кое-как вытащил крюк из проушины. Теперь молнией в кабину. — Трос-то, трос чего бросил? Подобрать бы надо, – пробурчал липун. — ХРЫХ-Х-Х… «Запорожец» пополз вперед, с хрустом и треском продираясь сквозь торчащие в разные стороны ветви. — ХР-Р-Р-Р-Р… — Да вруби ты третью! – визгливо прокричал липун. – Догоняет. Машина пробилась через преграду и стала набирать ход. Трах!!! Хрястнуло и рассыпалось заднее стекло. Визгнули железные когти, царапая капот. «Запорожец» тряхнуло, и он будто завис на лету. Что-то хрустнуло. Грохнуло. И машина вновь облегченно сиганула вперед, как ящерица, сбросившая хвост. — Опа! – крикнул Лом. – Москва – Воронеж, хер догонишь. Кукуй ревел вслед, но было уже ясно, что «запорожец» ему не настичь. — Бампер, задний бампер оторвал паскудник, – горестно прошелестел липун. — Да ладно тебе, – благодушно отозвался Лом. – Купишь новый. Главное, сами-то живы… — И то верно, – согласился мертвяк. Назад они не смотрели. Не хотелось. Да и кукуй умолк. Наверное, оставил погоню. — Ушли, стало быть, – прошелестел липун. – А что, ребята, славно я давеча над вами подшутил? Меня как младшой принялся давить-то, я поначалу озлился. Потом думаю: ты балуешь, давай и мы потешимся. Я ведь веселый. Сныч лишь тихо сопел, а Лом угрюмо крутил баранку. — Чего ж не поиграть? Оно и для аппетита полезно, и мне вреда никакого. Загадку-то слыхали: кого убить нельзя? А-а-а, каково? Ты, Ломушко, мужик бывалый, а и то небось задумался. Мертвого, ребята, мертвого не убьешь… Лом только плечами пожал – это, дескать, еще проверить надо. Липун за его спиной продолжал лепетать что-то дремуче-самодовольное. Как там насчет смертности – неизвестно, а вот реакцию после пережитого стресса он испытывал несомненно. Еще пара минут, и лес расступился. Проселок, как ручеек в реку, влился в широкое шоссе, покрытое гладким асфальтом. «Запорожец» весело зашелестел шинами. — Лом, – простонал Сныч, – он меня сосет. Но Лому было не до него. Он не отрываясь смотрел в боковое зеркало, пытаясь понять, кто их нагоняет. Сзади медленно, но неуклонно наплывали две тусклые фары… Нет, два огромных светящихся глаза. Кукуй! Выбравшись на автомагистраль, он встал на четыре лапы и тоже прибавил скорости. Так вот почему он замолк. Не хочет тратить зря силы. А «запорожец» уже на пределе. Больше из него не выжмешь. |