Книга Джинн из кофеварки, страница 7 – Леон Монтан

— Быстро. Верни. Всё. Как. Было, — отчеканила Лера, тыча пальцем в его идеальный пресс.

— Это твое желание? — с надеждой и хитрым прищуром спросил Дамир.

— Нет! — отрезала Лера. — Это исправление твоего собственного косяка! Желание — это когда я прошу что-то для себя, а сейчас я требую устранить баг в системе, который ты сам создал! Исправляй, или клянусь, я залью ту медную турку эпоксидной смолой и сброшу в Марианскую впадину!

Пламя в глазах ифрита мигнуло и сменилось чем-то похожим на обиду.

— Злая, неблагодарная женщина, — проворчал он, складывая руки на груди. — Вы, смертные, измельчали. Никакого размаха, никакой поэзии. Жабу ей, видите ли, жалко.

Он щелкнул пальцами.

Снаружи раздался громкий хлопок, а затем истошный крик Эдуарда Генриховича:

— Кто выключил свет?! И почему я на полу?! И почему у меня во рту вкус мух?!

Лера выдохнула, прикрыв глаза.

— Так, — она посмотрела на недовольного джинна. — Слушай сюда, владыка пепла. Пока мы не найдем способ отвязать тебя от меня без этого бреда с желаниями, ты становишься невидимым и сидишь тихо, не вмешиваешься. Никого не превращаешь в животных, не наколдовываешь золото. Ты — тень. Понял?

Дамир гордо вздернул подбородок:

— Я никому не подчиняюсь. Я исполняю контракт.

— Вот и исполняй его молча, — Лера открыла дверь серверной. — Иначе я загадаю желание, чтобы ты до конца вечности перебирал бумажные архивы за две тысячи шестой год. Поверь, ад покажется тебе курортом.

Она вышла, оставив Дамира в полумраке серверной.

Ифрит медленно растворился в воздухе, переходя в невидимый спектр. Он парил под потолком офиса, наблюдая, как Лера возвращается к своему столу, как она, ни моргнув глазом, убеждает Эдуарда Генриховича, что тот просто упал в обморок от переутомления, а жаба ему приснилась на фоне стресса.

Дамир слушал стук ее пальцев по клавиатуре.

«Значит, магия силы на нее не действует, — задумчиво произнес он про себя. — Какая необычная, прагматичная душа. Она защищает свой скучный мирок с яростью пустынной львицы».

Владыка южных ветров усмехнулся. Вызов был принят. Если она не хочет получать блага силой, он найдет другой путь. Он окружит ее таким количеством мелких, идеальных чудес, что она сама захочет большего. Никто еще не уходил от Дамира, не возжелав невозможного.

Ифрит устроился прямо в воздухе над ее монитором, скрестив ноги, и приготовился наблюдать. Эта битва обещала быть куда интереснее, чем война с Персидским царством.

Путь домой выдался отвратительным. Впрочем, как и всегда в ноябре. Моросил мелкий, колючий дождь, превращая московские улицы в серое месиво. Лера ехала в переполненном вагоне метро, прижатая к дверям чьим-то мокрым рюкзаком, и мечтала только об одном: снять туфли, залезть в горячий душ и выпить чаю с ромашкой.

Дамир всю дорогу следовал за ней в режиме невидимости. Магическая привязка заставляла его болтаться в радиусе ста метров, поэтому ифрит летел прямо сквозь толщу земли, бетонные перекрытия и встречные поезда, брезгливо морщась. Этот мир вызывал у него глубокое отторжение. Железные черви, ползающие под землей, люди, уткнувшиеся в светящиеся прямоугольники, запах сырости и безысходности...

Как эта женщина может так жить? Она ведь не рабыня, не пленница. Она добровольно спускается в эту клоаку дважды в день!