Книга Джинн из кофеварки. Золотая эра Алисы, страница 18 – Леон Монтан

Она подошла к дочери и села перед ней на колени. Алиса подняла на мать взгляд своих серьезных, не по-детски осмысленных глаз.

— Алиса Дамировна, — Лера заговорила профессиональным, вкрадчивым тоном, которым обычно общалась с несговорчивыми директорами филиалов. — Давайте проведем ревизию вашего текущего состояния.

Алиса навострила ушки. Слово «ревизия» было одним из её любимых.

— Акт? — уточнила девочка.

— Именно. Акт осмотра. Обратите внимание на объект над вашей головой. — Лера указала на ослепительный нимб. — Это — нераспределенная прибыль. Избыток энергии, который вы носите на балансе совершенно нерационально.

Алиса подняла глазки наверх, пытаясь рассмотреть свечение, и нахмурилась.

— Изь-би-ток?

— Да! Катастрофический избыток! Вы тратите киловатты святого света впустую, освещая потолок. Это — нецелевое использование ресурсов. Вы понимаете, что такое свечение вызывает огромный налог на роскошь от вселенной? Вы аккумулируете энергию, которая не приносит дивидендов. Это мертвый капитал, Алиса!

Глаза девочки округлились. Осознание того, что она носит на голове «мертвый капитал», который не работает на экономику семьи, ударило по её генетическому бухгалтерскому коду сильнее, чем удар об асфальт.

— Дамир, посмотри на неё, — шепнула Лера мужу. — Она анализирует.

— Лера, ты гений, — с трепетом отозвался ифрит, наблюдая за процессом.

— Алиса, — продолжила Лера, переходя в наступление. — Мы должны списать этот актив. Нам нужна амортизация. Но мы не будем создавать планеты, это слишком хлопотно и требует согласования с росреестром. Мы переведем этот свет в режим строгой экономии. Ты должна признать этот свет убыточным предприятием и сократить финансирование проекта. Ты согласна провести реструктуризацию долга вселенной?

Алиса Дамировна зажмурилась. Её маленькие кулачки сжались. Она ненавидела нецелевые расходы.

Девочка подняла ручку и звонко хлопнула ладошкой по воздуху, словно ставя невидимую печать на документе.

— У-РЕ-ЗАТЬ БЮД-ЖЕТ! — скомандовала она голосом, полным абсолютной, непререкаемой власти.

Пространство вздрогнуло. Магия, скованная древними законами, столкнулась с волей существа, которое понимало законы экономики. Термодинамика чудес дала сбой перед концепцией жесткого аудита.

Ослепительный свет начал меркнуть. Десять тысяч люмен стремительно таяли, подчиняясь приказу об урезании финансирования. Золотое сияние сжалось, побледнело, и через несколько секунд от гигантского нимба осталось лишь тоненькое, едва заметное колечко света, парящее над головой Алисы. Оно светило не ярче хорошего ночника из магазина для новорожденных.

Алиса удовлетворенно кивнула, потерла ручки и, зевнув, потянулась к Лере.

— Спять. Сме-ня зак-ры-та.

Лера подхватила дочь на руки, прижимая её к себе. Маленький нимб-ночник мягко освещал её уставшее, но счастливое лицо.

— Вот видишь, Дамир, — прошептала Лера, качая засыпающую Алису. — Одину нужны чудеса и воскрешения динозавров. А нам достаточно просто объяснить ребенку, что понты — это экономически невыгодно.

Дамир снял солнцезащитные очки и с обожанием посмотрел на своих женщин.

— Я никогда не сомневался в твоей магии, о великая измерительница баланса. Спокойной ночи, мой маленький аудитор.

Дом наконец-то погрузился в нормальный, серый московский сон. Соседи решили, что съемочная группа уехала, птицы смущенно замолчали. И только в одной квартире маленький божественный ночник продолжал мягко светить, напоминая о том, что даже у богов есть свой бюджет, и нарушать его в этой семье строго запрещалось.