Книга Брачное агентство «последний шанс», страница 40 – Леон Монтан

Она замолчала, задыхаясь. Щёки пылали, сердце колотилось о рёбра. Ванесса стояла посреди приёмной — маленькая, рыжеволосая, со сжатыми кулаками — и смотрела на двухметрового верховного инквизитора так, будто это он был подсудимым, а не она.

И тут она произнесла последние слова. Те самые, которые вертелись на языке всю неделю. Те самые, которые она боялась сказать.

— Да на вас вообще никто не согласится! Никто! Потому что вы не даёте им ни единого шанса! Вы не человек — вы ходячий приговор! Вы пугаете людей одним своим существованием! И даже если бы вы дали мне ещё месяц, год, десять лет — я бы всё равно не нашла вам жену! Потому что никто, ни-кто не согласится быть рядом с вами добровольно!

Тишина.

Абсолютная, звенящая, готовая расколоться, как стекло, тишина.

Ванесса замолчала. Её последние слова повисли в воздухе — и она вдруг осознала, что только что сказала верховному инквизитору. Человеку, который мог испепелить её на месте. Человеку, от которого зависела её судьба.

Она подняла глаза.

Дамиан Мортегар стоял неподвижно. Его лицо — обычно бесстрастное, точно вырезанное из камня — дрогнуло. Что-то прошло по нему. Ванесса не могла понять, что именно, но это было что-то незнакомое. Какая-то эмоция, пробившаяся сквозь ледяную броню.

А потом он медленно — очень медленно — повернулся.

— Никто не согласится, — повторил он. Голос его прозвучал тихо. Почти задумчиво. — Никто.

— Я... — начала Ванесса и осознала, что не знает, что сказать. Извиниться? Забрать слова обратно? Но они уже были сказаны.

— Вы правы, госпожа Тиррен, — произнёс он. — Ни одна из кандидаток не согласилась. Ни одна женщина, которую вы пригласили, не приняла меня. — Он сделал шаг к ней. — Но есть одна женщина, которая сидела напротив меня каждый день. Которая спорила со мной. Которая не упала в обморок. Которая облила меня пеной из огнетушителя и не извинилась.

— Я... я собиралась извиниться...

— Не надо, — перебил он. — Я не хочу извинений.

Он сделал ещё один шаг. Теперь он стоял прямо перед ней — на расстоянии вытянутой руки. Ванесса смотрела на него снизу вверх, и её дар эмпатии — жалкий, бытовой, четвёртого разряда — вдруг забился в истерике, потому что аура Дамиана сейчас была плотной, как патока, и в ней творилось что-то странное. Что-то, чего Ванесса не могла понять.

— Вы утверждали, — сказал Дамиан, и голос его звучал всё так же тихо, но в нём появилась новая, стальная нотка, — что ваше агентство способно найти пару любому. Любому, госпожа Тиррен. Это ваш слоган. «"Последний шанс": мы найдём вам пару, даже если вы сами себя не выносите».

— Я помню, — прошептала Ванесса.

— Вы не нашли мне жену.

— Я пыталась...

— Я знаю. — Он чуть наклонил голову. — Вы пытались. Вы пригласили троллиху, эльфийку, вампиршу и двух некроманток. Вы сделали всё, что могли. — Пауза. — Но жена не найдена.

Ванесса молчала. Где-то на периферии сознания она слышала, как Грета затаила дыхание. Как стражники за дверью переминаются с ноги на ногу. Как пристав шелестит бумагами.

— Значит, — произнёс Дамиан, и слова упали в тишину, точно камни в воду, — вы и станете ею.

Мир замер.

Ванесса моргнула.

— Что? — выдохнула она.

— Вы, госпожа Тиррен, утверждали, что ваше агентство способно найти пару любому. Вы не нашли мне жену. — Он выпрямился, и тени вокруг него сгустились. — Значит, вы станете ею сами. Считайте это профессиональной ответственностью.