Книга Брачное агентство «последний шанс», страница 49 – Леон Монтан

— Какая безвкусица, — произнесла она.

Дамиан замер.

— Прошу прощения?

— Безвкусица, — повторила Ванесса. — Серьёзно, лорд Мортегар, вы посмотрите на это место. Голые каменные стены. Ни одной картины, ни одного ковра, инструменты разбросаны как попало. А эта дыба? — она указала на дыбу. — Она же вся в занозах. Если вы на ней кого-то пытаете, он умрёт не от боли, а от заражения крови.

— Вы... критикуете мою пыточную?

— Я критикую ваш дизайн. Этой дыбе не хватает уюта.

— Уюта, — эхом повторил Дамиан. Казалось, он не верил своим ушам.

— Да! — Ванесса, войдя во вкус, шагнула обратно и обвела руками зал. — Посмотрите — темно, сыро, пахнет плесенью. Где свечи? Где подсветка? У вас есть магические светильники, почему вы не используете их здесь? А эти кандалы — они же ржавые! Вы знаете, что ржавчина вызывает столбняк? А столбняк — это некрасивая смерть.

— Смерть вообще редко бывает красивой, — заметил Дамиан.

— Вот именно! Но это не значит, что нужно усугублять! — Ванесса упёрла руки в бока. — Я понимаю, что вы — верховный инквизитор. Я понимаю, что это ваша работа, и я не собираюсь вам мешать. Но, — она ткнула пальцем в его сторону, — если я буду жить в этом замке, я не позволю, чтобы его часть выглядела как сарай. Пыточная — или не пыточная — она должна быть чистой, организованной и...

— И?

— И уютной, — твёрдо закончила она.

В пыточной повисла тишина. Связанный на стуле, кажется, перестал дышать. Дамиан стоял и смотрел на Ванессу — и выражение его лица было таким, какого она не видела никогда. Это был не гнев, и даже не раздражение. Это было... изумление.

— Вы, — медленно произнёс он, — только что потребовали, чтобы я сделал ремонт в пыточной.

— Я не потребовала. Я предложила.

— Вы предложили сделать пыточную уютной.

— Да, и что?

Дамиан открыл рот. Вдруг — Ванесса готова была поклясться — его губы дрогнули. Не в улыбке, но почти.

— Вы невероятная женщина, госпожа Тиррен, — сказал он.

— Мортегар, — поправила она. — Я теперь Мортегар. И я не невероятная, я просто не люблю бардак.

Она развернулась и пошла прочь по коридору, оставив инквизитора стоять посреди пыточной с выражением лица человека, который ожидал истерики, а получил инспекцию.

Уже в дверях она обернулась:

— И эти ваши цепочки на кандалах — они совершенно не подходят к общему стилю! Их нужно заменить! У меня есть идеи!

— Идите. Спать, — повторил Дамиан, но на этот раз в его голосе прозвучало что-то, отдалённо напоминающее... веселье?

Она ушла.

Путь обратно в покои показался ей вдвое короче. Ванесса шагала по коридорам, чувствуя странную, необъяснимую эйфорию. Она только что проинспектировала пыточную верховного инквизитора и не упала в обморок. Даже не особо испугалась.

Может быть, этот замок не такой уж страшный.

Может быть, этот мужчина не такой уж безнадёжный.

А может быть — она сама слегка безумна. Но, как любила повторять Грета, одно другому не мешает.

Ванесса вернулась в свои покои, разожгла камин, забралась под одеяло и, к собственному удивлению, почти сразу уснула. Без кошмаров, без страхов, с одной только мыслью:

Завтра она начнёт наводить уют.

Во всём замке.

Включая пыточную.

«Дорогой дневник. Я переехала в замок. Здесь холодно, мрачно и повсюду черепа. Дворецкий — милый старичок, который никогда не видел хозяйку и расплакался при моём появлении. Ворон — говорящий, зовут Поль, ворует шляпки. А ещё здесь есть пыточная. Я предложила сделать там ремонт. Инквизитор, кажется, был близок к тому, чтобы улыбнуться. (Возможно, мне показалось, но я записала это как победу.) Завтра — первый полноценный день в качестве госпожи Мортегар. У меня есть план и розовая пряжа. С любовью, Ванесса».