Книга Проклятый принц и моя большая заноза, страница 105 – Леон Монтан

Моя мутировавшая аура заискрила фиолетово-черными разрядами, резонируя с его тьмой.

Раэлар сглотнул. Его ноздри хищно раздулись, улавливая феромоны моего возбуждения, смешанные с запахом озона. Зверь внутри него, только что рвавший големов голыми руками, всё еще был на свободе. Сейчас этот зверь понял, что битва окончена, а добыча — его истинная пара — стоит прямо перед ним, тяжело дыша и смотря на него тем же голодным, безумным взглядом.

В одно мгновение он поднялся на ноги.

Он не произнес ни слова. Никаких бархатных речей, никаких признаний или угроз. Слова были лишними.

Раэлар просто схватил меня за бедра, рывком отрывая от земли.

Я инстинктивно обвила ногами его талию, впиваясь пальцами в его плечи. Мои ногти прошлись по свежим царапинам на его коже, но он даже не поморщился. Он сделал два широких шага и с силой впечатал меня спиной в единственный уцелевший кусок стены рядом с проломом.

Удар вышиб из меня воздух, но я лишь жадно, со стоном прикусила его плечо.

Это не было похоже ни на наше слияние в зазеркалье, ни на игры с оковами абсолюта. В этом не было ни эстетики, ни контроля. Это был чистый, грязно-животный адреналиновый срыв. Торжество плоти над смертью.

— Раэлар... — прохрипела я, чувствуя, как его руки нетерпеливо рвут на мне остатки кожаного корсета. Прочные ремешки с треском лопались под его пальцами.

— Живая, — выдохнул он мне в шею. Его голос был хриплым, ломающимся. Он целовал меня грубо, оставляя влажные следы на коже, смешивая мою кровь от царапин с дождевой водой. — Моя. Живая.

Он сбросил с меня лохмотья одежды. Я осталась обнаженной под хлещущим дождем, прижатая к холодному кирпичу. Ветер из пролома обжигал кожу, но я не чувствовала холода. Раэлар был подобен раскаленной печи.

Его руки были повсюду. Он сжимал мои бедра, его большие пальцы грубо сминали мою грудь, оставляя синяки, которые я даже не замечала. Его губы скользили по моему лицу, слизывая капли дождя и пот.

Я не оставалась в долгу. Мои руки блуждали по его спине, скользкой от воды и крови. Я царапала его, притягивая еще ближе.

Он резко стянул с себя брюки, которые приземлились прямо в золотую лужу ихора рядом с разорванной тушей командора големов. Нам было плевать, мы могли бы заниматься этим на краю извергающегося вулкана, и нас бы это не остановило.

Раэлар подхватил меня сильнее, фиксируя мои бедра на уровне своей талии.

Он вошел в меня.

Не было ни дразнящих ласк, ни подготовки. Только один жесткий, сокрушительный удар до самого дна.

Я запрокинула голову и закричала. Мой крик растворился в шуме дождя и грома. Боль от грубого проникновения мгновенно вспыхнула, как сухой порох, и превратилась в ослепительное, пульсирующее удовольствие.

Раэлар зарычал, впиваясь зубами в мою шею. Его рука намертво вцепилась в мои волосы на затылке, удерживая мою голову, пока он вбивался в меня с пугающей, нечеловеческой яростью.

Стена за моей спиной содрогалась от каждого его толчка. Осколки кирпича сыпались нам под ноги.

— Да! — хрипела я, сжимая его так сильно, что у меня свело мышцы бедер. — Еще! Разорви меня!

— Моя! — ревел он в ответ. В этом слове не было романтики, в нем была концентрированная угроза всему миру. Я принадлежала ему, и он доказывал это каждому атому в этой комнате.