Книга Проклятый принц и моя большая заноза, страница 40 – Леон Монтан

Я не чувствовала стыда. Я чувствовала абсолютную, опьяняющую власть. Я была его пленницей, но в то же время я владела им. Мои стоны заставляли его содрогаться. Мои движения доводили его до исступления. Он был вынужден просто смотреть, скованный проклятием, в то время как я упивалась своим телом на его глазах.

— Быстрее, — рычал Раэлар. Его лоб упирался в стекло. Я видела капельки пота на его висках. — Покажи мне, как ты кончаешь, человечка. Выкрикни мое имя так громко, чтобы я услышал его в этом проклятом склепе!

— Раэлар! — я закричала, ускоряя темп до предела. Магия в моей крови закипела, сворачиваясь в тугой шар.

Его взгляд — тяжелый, черный, физически ощутимый — был той самой искрой.

Меня накрыло лавиной. Мое тело выгнулось дугой, пальцы на стекле судорожно скрючились. Я закричала, сотрясаясь от оргазма, который был настолько мощным и глубоким, что перед глазами взорвались сверхновые. Волны горячего экстаза прокатывались по моим мышцам, вымывая из ауры боль ломки, заполняя пустоту жидким огнем.

Я сползла по гладкому стеклу вниз, тяжело и прерывисто дыша, и осела на прохладный пол. Мои ноги дрожали, руки плетьми лежали на бедрах.

Я подняла затуманенный взгляд на зеркало.

Раэлар стоял на коленях по ту сторону амальгамы, ровно напротив меня. Его грудь ходила ходуном. Он выглядел так, словно сам только что пережил эту разрядку вместе со мной. Его черные глаза медленно приобретали привычный фиалковый оттенок, но в них по-прежнему горел неугасимый огонь.

Он прижал ладонь к стеклу прямо напротив моего лица.

Я подняла ослабшую руку и прикоснулась к стеклу со своей стороны. Магия в трещине тихо пульсировала, словно сердце.

— Этого мало, — прошептал он. Его голос звучал хрипло и надломлено. Вожделение было утолено, но истинная жажда только усилилась. Это лишь суррогат, жалкое подобие той связи, которую мы познали ночью. — Этого катастрофически мало, Ева.

Я прислонилась горячей щекой к прохладной поверхности зеркала, глядя на его потрясающе красивое, измученное лицо.

— Я знаю, принц, — тихо ответила я, закрывая глаза. — Завтра я найду другой рецепт. Клянусь богами, я разобью это стекло на миллион кусков, даже если мне придется стереть в порошок половину этого города.

Раэлар не ответил. То, как он прижался лбом к стеклу прямо напротив моего лица, сказало мне больше любых слов.

Проклятие больше не было просто досадной помехой. Оно стало нашим личным врагом и мы собирались уничтожить его, чего бы нам это ни стоило.

Нижний Город заливало холодным, колючим дождем. Тяжелые капли барабанили по крыше моей лавки, словно пытаясь пробить старую черепицу. Погода идеально соответствовала моему внутреннему состоянию: мрачно, слякотно и с предчувствием надвигающейся катастрофы.

Прошло двое суток. Двое суток непрерывных, изматывающих попыток найти новый способ взломать печать. Я перерыла все свои древние фолианты, скупила половину запасов у знакомых контрабандистов на черном рынке и спала по три часа в сутки.

Раэлар больше не читал мне лекций. Он превратился в молчаливую, темную тень по ту сторону стекла. Он наблюдал за каждым моим движением тяжелым, немигающим взглядом хищника, ожидающего, когда клетка наконец откроется. Сексуальное напряжение между нами никуда не делось, оно просто трансформировалось в густую, удушливую ауру одержимости. Мы оба знали: как только стекло падет, разговоров не будет. Будет война на уничтожение, где полем боя станут наши тела.