Книга Отчим. Ближе, чем можно, страница 37 – Мария Зайцева

Прижимая ребёнка к себе, я периодически ловила на себе внимательные взгляды мужиков, от которых буквально изморозью продирало.

А еще от этих уродов воняло в буквальном смысле.

Уже лето, а они ходили, как лохи, в своих жутких куртках, под которыми, судя по безумному, сшибающему с ног запаху, страшно потели. И машина их была полностью прокурена.

Я чуть ли в обморок не падала от дичайшего сочетания стресса, ужаса и непереносимой вони.

А эти придурки внезапно принялись спорить, как бабки в автобусе — нужно ли открывать окно или нет!

Первый здоровый мужлан с переднего сиденья пассажира велел:

— Открой окно!

Здоровяк, который сидел справа от меня, пробасил:

— Нахера, голову надует.

— У тебя там нет, бляха, ничего, куда дуть?

— Да включите вы кондей, пусть работает, — предложил бандит слева.

— Нет, — сказал водитель, приоткрыв окно, — пусть так.

— А у неё ребёнок, вдруг простынет, — сообразил тот, кому дуло.

— Да иди нахуй. Можно было без ребёнка её взять.

— Надо было с ребёнком. За ребёнком он приедет, за чиксой, может, и нет.

— За тобой приедет? — водитель настроил зеркало заднего вида и посмотрел на меня. — Что он там хнычет? Успокой!

Мишка и в самом деле начал похныкивать, видимо, запах его тоже беспокоил.

— Такие простые, — тихо огрызнулась я. — Будто девушки знают, на какую кнопку в ребёнке нажимать, чтобы он не плакал. Откуда я, блин, знаю?! Хватали, орали, напугали!

— Болтаешь много, — рявкнул тот, что сидел справа и толкнул меня.

Мишка расплакался ещё больше.

— Ему душно и страшно, — попыталась объяснить я, прикрывая Мишку собой, если вдруг этому уроду захочется ударить.

— Скажи ему, чтобы не боялся, — приказал бугай.

— Так сам скажи, думаешь, послушает? — я настолько поразилась искренней незамутненности похитителей, что даже бояться перестала. Ребенку маленькому, грудному скажи, чтоб не боялся!

Охереть — не выхереть!

— Ты как вообще разговариваешь, чикса малолетняя? — С пассажирского сиденья впереди повернулся ко мне мужик.

— Я не малолетняя, — огрызнулась, пытаясь защитить Мишу от этих жутких взглядов.

— Не малолетняя. Вот как? — тот, кто слева, положил мне руку на коленку. — Слышь, давайте ребёнка выкинем, да позабавимся с ней? Что зря такой девке пропадать.

— Да вы что?! — Выкрикнула я. — Куда выкинуть? И зачем меня?

Да, иногда лучше заткнуться, вот честное слово. Надо было высказывать своё мнение?

Вечно язык мой впереди меня…

Мишка разревелся в голосинушку. Мужики заткнулись, секса уже, я так поняла, не хотелось.

Детский плач на либидо плохо действует, это даже в интернете писали.

Я пыталась успокоить Мишку, но он разошелся по полной, и похитителям скоро это надоело.

— Сейчас рот ему заклеим. Дай сюда, дура. — рявкнул тот, что сидел справа.

— Нет, не дам! — я наклонилась, всем телом укрывая ребенка.

— Сука тупая! Дай сюда его, блять!

— Не трогайте ребёнка! Он сейчас угомонится! Я обещаю!

Я сунула Мишке соску.

И, как было велено в инструкции по эксплуатации младенцев, прикрепила его насмерть к себе, только лицом вперёд.

Мишка, став участником движения, начал нажёвывать соску, хмурился на бандитов и смотрел перед собой тяжёлым младенческим взглядом.

— Пиздец, на деда Рому похож, — неожиданно выдохнул водитель. — И смотрит так же, из-под бровей.