Книга Дядя. Мой запретный подарок, страница 21 – Анна Хорн

Я хорошо запомнила его тогда на площадке: с каким-то растерянным лицом и пакетом мандаринов в руках. Он стоял и понятия не имел, что со мной делать.

А потом мама забеременела Полиной. И вот это я переживала даже тяжелее. Саша — ладно. Он взрослый, чужой, его можно было просто игнорировать. Но ребёнок — это уже навсегда.

Помню тот вечер на кухне. Я сидела, ковыряла йогурт, а мама улыбалась так осторожно, будто боялась моей реакции.

— У тебя будет сестра, Вась.

Я положила ложку.

— Зачем?

Мама рассмеялась, а мне было совсем не смешно. Позже я рыдала в подушку. Не потому, что ненавидела Полину — я её тогда в глаза не видела. Просто это было финальное доказательство: теперь мама точно не только моя.

Когда сестра родилась, все мои страхи подтвердились. Мама была вечно занята. Полина орала сутками, мама качала её до изнеможения, а Саша носился по квартире с бутылочками, пелёнками и градусниками.

Саша оказался тревожным до колик. Он мог среди ночи влететь в комнату и паническим шёпотом выдать:

— Мне кажется, она горячая!

Мама сонно касалась Полины и вздыхала:

— Саша, это ребёнок. Она живая и тёплая.

Но он всё равно продолжал мерить температуру и проверять дыхание. Сначала меня это дико бесило. Казалось, они оба теперь вращаются вокруг этого маленького кричащего центра. А я где? Где моё место в этой новой системе координат?

Однажды я не выдержала и спросила маму в лоб:

— Ты меня теперь меньше любишь?

Она замерла. Посмотрела на меня с такой неприкрытой болью, что мне до сих пор неловко за тот вопрос. Мама притянула меня к себе, обняла и тихо сказала:

— Конечно люблю, моя девочка. Очень люблю. Просто любви стало больше, Вась. Она не делится на части. Она растёт.

Тогда я не поняла, а сейчас всё встало на свои места. К Полине я привыкала мучительно долго. Она была как маленькая стихийная катастрофа: лезла в мои вещи, без спроса таскала заколки, растягивала футболки. Однажды она изрисовала мой учебник по химии, и я думала, что прибью её прямо там. Я орала до хрипоты, она визжала в ответ. Мы мирились, а через час снова грызлись из-за какой-нибудь ерунды.

Восемь лет разницы — это действительно странно. Ты вроде уже не на одной волне, у тебя свои секреты, но при этом вы всё равно прошиты одной нитью.

Я посмотрела на Полину, которая в очередной раз потянулась к общему блюду. Но в этот раз моё внимание привлекло не мясо. Когда её рука вытянулась над столом, из-под широкого рукава толстовки блеснуло золото.

— Поля, это что, мой браслет? — я осеклась, узнав тонкое плетение, которое Миша подарил мне полгода назад.

Полина замерла на полпути, быстро отдернула руку и попыталась спрятать её под стол, но было поздно.

— Я просто примерила! — выпалила она, состроив невинную мордашку.

— Он так красиво лежал на комоде…

— Он лежал в моей шкатулке, Поля. Под горой других вещей.

— Ну, я просто хотела посмотреть, как он с моими кольцами сочетается! — она перешла в наступление, как всегда делала, когда попадалась. — Ты его всё равно не носишь после расставания. Чего добру пропадать?

— Это не даёт тебе права его брать!

Саша вздохнул, переводя взгляд с одной дочери на другую.

— Так, девчонки, началось… Поля, верни вещь. Вася, не кипятись, она же не съела его.

— Она всегда так делает! — я злилась, потому что этот браслет был последним, что я хотела видеть сегодня.