Книга Изгнанная жена Генерала Севера, страница 55 – Анастасия Миллюр

— Да.

Этот короткий обмен фразами ударил по воздуху, как пара пощёчин. Тишина после них была громче любого крика.

— Властелин, Провидица, — в голосе Эльстштайта смешался усталый гнев с тщательно скрываемой язвительностью, — будет ли нам позволено узнать, о чем идет речь?

— Мы ошибались, — отрезал Джаркейн. — Годы исследований, тонны золота и горы трупов доказали, что у Пучины нет причины, разума и предводителя. Но это не так.

Он произносил эти слова с ледяным, исчерпывающим презрением. Презрением к той первой фундаментальной идее — идее глупцов, которые потратили годы, доказывая ничто.

Все внимали его словам в могильной тишине. Даже снежная буря, казалось, затаила дыхание, утихла, растекшись под ногами грифонов, как укрощённый хищник, почуявший более страшного хозяина.

— Наша цель не защитить земли от разломов. Это бесполезно. Пошлите магов в ближайшие поселения, чтобы отбиваться от монстров. И фиксируйте все. Каждое появление нового разлома. Его механику. И самое главное — поведение Ткача.

Я поджала губы и, отвернувшись, натянула на голову капюшон, укрываясь от холода и чужого невежества.

Верно. И причина, и разум, и предводитель были. Угроза была не абстрактной. На вершине пищевой цепи был Ткач. И то, что ему нужно, находилось на севере.

«Эйра Ванрейс»

«Следи за своим питомцем»

«Да»

За два дня Джаркейн сказал мне только три этих фразы.

Сразу после, как мы вернулись в замок, он ушел назад в свои покои, взяв несколько магов, чтобы они охраняли его дверь.

«Никого не впускать», — бросил он им, поднимаясь по лестнице.

Никого.

Приказ был кристально ясен. Больше я даже приближаться не должны была к его двери.

Джаркейн отгораживался от меня. И я понятия не имела, что мне с этим делать.

Захлопнув дверь в свою комнату, я дерганым жестом стянула с руки перчатки и бросила их на кровать. Отороченный мехом плащ душил, я рванула тесемки и сбросила его с плеч. Сделала несколько нервных шагов по комнате.

Язвительные слова Айстанэра. Я, опускающаяся на колени. Взгляд Джаркейна…

У меня сдавило в груди.

Проклятье… Эти глаза… Я словно наотмашь ударила его по лицу.

Что задело его сильнее? То, что я нарушила его прямой приказ? То, что опустилась перед ним на колени — но ради другого? Или то, что признала Айстанэра своим мужем?

«Может, я ошибся? Скажи мне, Раакель. Все это время я считал, что тебе до тошноты омерзителен твой муж, и ты скорее голову себе оторвешь, чем позволишь ему оказаться рядом. Но что я вижу?! Я не понимаю тебя»

Но ты ведь был прав!

Прав!

Он омерзителен мне. Но как мне донести до тебя, если ты не хочешь слушать?

Я остановилась, задыхаясь. Пол под ногами поплыл.

Нет… У него сейчас приступ, я не должна беспокоить его и расшатывать эмоции. Пусть эта агония неопределенности будет моим наказанием. Когда он придет в себя, мы поговорим.

Вместо того, чтобы докучать ему, мне лучше заняться тем, что я делала лучше всего — добыть информацию.

Библиотека должна была быть местом, приносящим ощущение соприкосновения с прошлым и покоя. Запах застарелых книг, дерева и расплавленного воска должен был пропитан этими чувствами.

Разумеется, все вышеописанное к Северу не относилось.

Те, кто воздвигал, замок обожали холод. И свято верили в то, что держать книги на железном морозе, решение куда лучшее, чем — в тепле дерева.