Книга Хирург моей души. Верните мне сына, барон!, страница 66 – Ника Мур

— Нам нельзя здесь оставаться, — Семён отстранился, быстро вытирая лицо рукавом.Его взгляд снова стал расчетливым. — Взрыв в кухне — это только диверсия.Малахия скоро поймет, что я не погиб под завалами.

— Что им от тебя нужно, Сёма? — спросил я, осматривая его «лабораторию». —Почему тебя называют пророком?

Семён криво усмехнулся. — Сначала я просто хотел выжить. Чистил воду, лечил ихот инфекций простыми антисептиками. Они решили, что это божий дар. А потомМалахия понял, что мои знания можно использовать для войны. Они хотят«очищающее пламя». Порох, папа. Они заставили меня искать селитру и серу.

Он указал на бочки в углу. — Но это еще не всё. Малахия стареет. Он одержимидеей мученичества. Он хочет объявить меня Святым Томасом. А для этого ядолжен умереть. Торжественно. Принародно. Завтра — день Святого Луки. Малахиязапланировал «Испытание Льдом». Меня должны привязать к столбу на центральнойплощади и обливать водой, пока я не превращусь в ледяную статую. Он верит,что если я «истинный пророк», то я не замерзну. А если замерзну — значит, моясмерть станет «великой жертвой для укрепления веры».

У меня внутри всё заледенело. Я — врач. Я знал, что такое гипотермия. Я видел,как люди умирают от холода, как кристаллизуется кровь в сосудах. Это была непросто казнь. Это была пытка, возведенная в ранг ритуала.

— Он не сделает этого, — отрезал я. Мой голос стал таким же холодным, как стеныэтого монастыря. — Мы уходим. Сейчас же.

— Куда? — Семён посмотрел на меня. — Монастырь на скале. Единственный путь —через мост Искупления, но там сейчас сотни карателей Ордена. Они ждут вас.Малахия знает, барон, что вы приехали не за благословением. Агнесса… онадействительно его человек. Она снабжала монастырь информацией о вас всёэто время.

Я посмотрел на Клару. Она сидела у стола, её лицо было бледным, но спокойным. —Мы не пойдем через мост, — сказала она. — Мы пойдем через горы. Ганс, где нашилошади?

— У подножия, госпожа. Но тропа перекрыта обвалом после взрыва.

— Значит, мы создадим свой путь, — Семён подошел к одной из медных трубок. — Уменя есть запасы горючей смеси. Если мы подорвем восточную стену над обрывом,там есть старый желоб для спуска леса. Он выведет нас прямо к реке. Но…

Он запнулся, глядя на Филиппа. — Маркиз не выдержит спуска. Его швы разойдутся.

Я подошел к Филиппу. Старик открыл глаза. Он слышал всё. Его аура была полнаужаса и… восхищения.

— Вы… вы все… безумцы… — прохрипел он. — Но вы — моя единственная надежда.Шталь… если вы вытащите меня… я дам вам всё. Земли… золото…

— Мне не нужны ваши земли, маркиз, — я склонился к нему. — Мне нужно, чтобы вымолчали. Если мы выберемся, вы подтвердите, что монастырь захватили еретики, амы спаслись чудом. Вы — наш легальный пропуск через границы. Вы согласны?

Филипп медленно кивнул. У него не было выбора.

— Семён, готовь свою смесь, — я обернулся к сыну. — Ганс, бери маркиза. Клара,Марта — берите только самое необходимое. Инструменты я понесу сам.

Семён начал лихорадочно соединять какие-то трубки. Я смотрел на него ичувствовал странную гордость, смешанную с горечью. Мой сын сталинженером смерти в этом мире, чтобы просто выжить.

— Папа, — Семён остановился на секунду. — Малахия… он не просто аббат. Он знаетпро Воронку. Он сказал мне однажды, что его предки хранили записи о «людях изнеба». Он ищет не Бога. Он ищет технологию перемещения. Он верит, что еслипринести нас троих в жертву на этом месте… воронка откроется снова.