Книга Жена северного князя, страница 75 – Адель Хайд

Вот ведь как бывает, ждала и жаловалась, что долго, а оказалась не готова к встрече, и поэтому до утра почти всех гоняла.

Ругенвальд отчитался, что уже отправил воинов из дружины и моих хирдманов встречать князя.

А управляющий домом получил от меня указание, подготовить для князя отдельные покои. Ну, так, на всякий случай, вдруг он не захочет в моей спальне ночевать.

И уже спать ведь пошла, оглядела свою спальню и подумала: «Да что же это я творю?!»

Внутри всё сжалось: «Да что я, как девчонка-то! Наоборот, Инга! Надо тёпленьким его брать. Он же на границе сколько сидел! Отогреть мужика надо…»

Снова вызвала управляющего. И приказала:

— Комнат никаких дополнительных не готовить, а всё, что для князя понадобится, в мою спальню нести.

Приказала, а сама зубы сжала.

Страшно. Ой, как страшно!

Как так может быть — одновременно страшно, а с другой стороны, какое-то предвкушение появилось? Должно произойти что-то необычайно удивительное. И только от меня зависит, каким это будет.

* * *

Я узнала о приближении кортежа князя Яромира за пару часов до его въезда в город.

Отправила людей топить баню.

Как там в сказках? В баньке попарь, накорми, а потом уже спрашивай. Ну вот так и будем действовать.

Вышла на ступеньки. Знаю, что хирдманы приведут князя с его людьми сюда.

А ветерок весенний обдувает. Непослушный локон выбился из косы, на глаза падает. Глаза прикрыла, рукой его отвела.

И замерла.

«Какой же он огромный», — подумала я, глядя, как на огромном вороном коне въезжает во двор дома князь Яромир.

Я как будто его в первый раз увидела. Как будто тогда на свадьбе в Вышгороде, на кого-то другого смотрела. Князь возмужал, выше стал, в плечах расширился, да и на лицо строже, мужественнее.

Спрыгнул с коня, мне показалось, что даже земля дрогнула. Косая сажень в плечах, лицо заросшее, небритое. Меч огромный на боку, даже мысль пришла, что, наверное, один такой меч килограмм триста весит. Кольчуга тяжёлая.

В три шага князь расстояние преодолел. Подошёл ко мне.

А я подумала, что надо было на ступеньках повыше встать, а то я рядом с ним совсем маленькой оказалась, носом в грудь ему упёрлась.

А он близко-близко подошёл. Остановился.

И мы замерли.

А в глазах у князя будто вопрос? Ждёт?

«Чего ждёт?!» — в панике кричал мой мозг, а сердце подсказало.

И я сделала этот шаг, став ещё ближе, закинула руки ему на плечи. На мысочки встала, и его голову на себя потянула, а он и не сопротивлялся.

И выдохнула ему в губы:

— Дождалась.

И поцеловала.

Глава 39

И поцеловала.

Князь сначала не ответил, и мне не по себе стало, хотя я была уверена, что он ждал. Но ведь и не оттолкнул, и не отшатнулся. А потом вдруг каким-то шестым чувством ощутила, радость мужскую и одновременно растерянность, и поняла, что он просто не умел.

Спросить здесь мне было не у кого, но теперь я была уверена, что суровые северные воины женщин не целовали.

Но тело его отозвалось, и я вдруг ощутила свою силу.

Вдруг стало ясно, что по моему разумению всё будет, всё получится, хоть и разделяют нас века, а любовь и ласка в любом времени силу бо льшую, чем страх и ненависть имеют. Она просто мягкая эта сила, и сложнее, потому как искренности требует, а это уже не у всех есть.

Не рискнула я поцелуй углублять, и остановилась. Отпустила я князя, всё ещё подмечая растерянность в его глазах, за руку взяла: