Книга Любовь, которая имеет право на второй шанс. Книга 1, страница 28 – Елена Дриим

— Чего орёте, припадочные? – меланхолично спросила комендантша, когда брюнетка попыталась спрятаться за ней.

Конечно, рыжая дамочка габаритами своими впечатляла. Но всё-таки у меня было преимущество в виде топора.

— Глэдис, эта психанутая убить меня хочет, – нажаловалась.

— Ага, кровищей мне тут всё запачкаешь, – упёрла руки в бока, – убивай кого хочешь, но не в моём общежитии.

— А если я пообещаю, что всё уберу? – предложила компромисс.

— И хлоркой потом всё обработай, чтобы никакой тут заразы не развелось.

И Глэдис спокойно продолжила свой путь, оставляя нас с Лиарой вдвоём. Честно скажу, что полным безразличием местной комендантши я восхитилась. Это мастерство таким образом реагировать на возможность убийства чуть ли не у тебя на глазах.

Я перехватила топор поудобнее и с предвкушением растянула губы в улыбке. Но всё веселье испортил Даниэль, как обычно, появившийся очень не вовремя.

— Даниэлла, что ты делаешь?

— Обновляю причёску своей соседке, – очень честно ответила.

— Неправда, – брюнетка спряталась за спиной моего брата, – она убить меня хочет.

— Ничего подобного, – возразила, – я просто тебя сразу предупредила, что у меня может дёрнуться рука и топорик может отрубить тебе голову, совершенно не специально.

— Даниэлла, опусти оружие, – произнёс брат.

— Эй, – возмутилась.

И от возмущения даже рукой взмахнула, совсем позабыв, что держу в ней топорик. И этой спевшейся парочке пришлось уклониться, чтобы острое лезвие не врезалось в их тела.

— Ты чей брат, Даниэль? Мой или этой болезной?

— Конечно, твой.

— Тогда почему ты не занимаешь мою сторону в конфликте?

— Я просто стараюсь уберечь тебя от очередного необдуманного поступка.

Я обиделась. Очень сильно обиделась. Потому что Даниэль говорил со мной, как с маленьким шкодливым ребёнком.

— Если до вечера ты, Лиара, не сменишь свою причёску самостоятельно, то это сделаю я, – произнесла.

А после гордо развернулась и пошла обратно в свою комнату. Брат последовал за мной.

— Дани, – позвал меня.

Но я его проигнорировала, показывая, что парень умудрился меня обидеть. И брат знал, что моё молчание никогда ничем хорошим не заканчивается.

— Дани, ну прекрати себя вести как ребёнок.

— Мне семнадцать, – напомнила, – я и есть ребёнок. Как и ты. Только вот, ты себя ведёшь, как скучный старикашка. Вот о чём ты в старости будешь рассказывать своим внукам? О том, как своим занудством мог усыпить любого?

— А ты о чём? – поинтересовался в ответ, – как и дня не могла прожить, не устроив разборки?

— Мне определённо будет о чём вспомнить в старости, – усмехнулась, – в отличие от тебя, братик.

— Значит, мои внуки будут слушать твои рассказы, – примирительно произнёс.

Я ещё позлилась на брата. Но когда мы появились в столовой, то обиды уже не было. Потому что я вспомнила, что на дураков не обижаются.

Когда я опять направилась к столику, где сидела моя соседка по комнате, то Даниэль произнёс:

— Ты даже не попыталась познакомиться с нашими напарницами по магической связке.

— Зато ты уже познакомился, – усмехнулась, – с кем из них сегодня ночевал? Или сразу с тремя?

— Прекрати, Даниэлла.

Когда мы с братом сидели на второй лекции, то в аудиторию вошёл какой-то студент и произнёс:

— Даниэлла Нирнаэт, тебя вызывает ректор.