Книга Благородные устремления, страница 70 – Анастасия Медведева

— Отец не знает об этом варианте, верно? - спрашиваю глухим голосом, глядя вниз.

— Верно. Но мы сможем его убедить, если будем работать вместе, - степенно кивает мачеха, глядя на меня сверху вниз, - подумай об этом, Амай! Ты останешься здесь, останешься на том же положении. А одна из твоих старших сестёр возьмёт бирку хозяйки в руки. Разве это не лучший расклад в такой запутанной истории?

Первая мысль - побег. Прямо сегодня вечером. Без подготовки, без понимания, на что, где и как существовать до тех пор, пока не дозреет чай на плантациях... или пока капитан Барух не вернётся...

Но я не смогу сбежать сейчас: если отец приедет, моё исчезновение станет причиной большого конфликта, который может сильно навредить дому Сэйра...

К тому же репутации генерала при таком раскладе будет нанесен огромный урон...

Я буду вынуждена либо вернуться с отцом в родной дом, либо остаться здесь и ждать расправы генерала, ведь он никогда не потерпит подобного давления от малоизвестной семьи с огромными амбициями! Он смог отделаться даже от брака с княжной, наплевав на амбиции собственной матушки! Жертвовать чем-то ради меня... он точно не станет.

Я в тупике. Я подавлена. И хочу закрыться ото всех в каком-нибудь темном углу, чтобы попытаться понять, как выбраться из положения.

Опускаю голову, молча прощаясь с мачехой, разворачиваюсь и ухожу в сторону поместья. Не слышу, что говорит мне эта женщина в спину. Ничего не слышу и не вижу - кроме дорожки под своими ногами. Сапоги господина появляются передо мной в тот момент, когда я решаю обойти поместье тропой слуг и спрятаться в своем крыле.

Поднимаю голову и смотрю на генерала. Должна ли я жертвовать собой ради его репутации?..

Он просил не пятнать её - больше всего...

...пожалуй, это было единственным его требованием...

Я не смогу сейчас с ним говорить! Губы вновь начинают трястись, а колени - подкашиваться. Я вижу, как он опускает взгляд на подол моего одеяния, который сейчас буквально колышется от видимой дрожи во всем теле.

— Что с тобой? - спрашивает.

Изо рта вырывается что-то вроде мычания, когда не получается сделать вдох полной грудью, а взгляд бежит от обеспокоенного лица, пытаясь сосредоточиться на чём-то - в другой стороне... подальше от него...

— Амай?

Почему его голос звучит так непривычно?

Не хочу надеяться на то, что ему небезразлична моя судьба: мне будет слишком больно лишиться этой надежды.

Я должна сбежать и спрятаться ото всех. Хотя бы на четверть часа.

— Амай?..

Падаю на колени и опускаю лоб на землю в глубоком поклоне.

— Ты что творишь? - изумляется генерал, отступая от меня.

— Пожалуйста, отпустите меня сейчас. Не задавайте вопросов. И простите за мою наглость, - произношу собранно, затем неловко отрываюсь от земли и пытаюсь подняться на негнущихся ногах.

— И куда ты собралась? Не хочешь объяснить? - он хватает меня за плечо, опускаясь рядом на колено и спасая меня от вероятности завалиться на бок.

Качаю головой, не в силах выдавить из себя хоть какой-то ответ. Смотрю ему куда-то в район груди глазами, полными невыплаканных слёз.

Я не могу плакать при нём!

Он это не любит.

Я уже поняла.

— Думаешь, в этом поместье нет ушей? Думаешь, я не знаю, о чем говорила твоя мачеха?

Эти его слова пугают меня не на шутку...