Книга Дракон и диковинка для драконёнка, страница 101 – Саша Винтер

Мы с мужем, как хозяева вечера, дожидаемся, когда гости нагуляются и провожаем каждую пару.

Когда шум наконец стихает, столы пустеют, а в замке слышатся лишь редкие шаги и приглушённые голоса слуг, Дэйнарин несёт меня наверх. В покои. Я не спрашиваю, в чьи. Потому что знаю и сама этого хочу. Сейчас это наконец будет правильно. Это будет наша первая брачная ночь.

Он вносит меня в свою огромную спальню, сажает на кровать, опускается передо мной на одно колено и аккуратно расшнуровывает мои сапожки. Стягивает их с ног. Я сразу чувствую облегчение — пятки от каблуков гудят.

Несколько секунд мы молчим. Но молчание не неловкое, а тихое, как пауза перед началом нового.

— Ты справилась, — произносит Дэйнарин тихо. — Я видел, как ты держалась. Как на тебя смотрели слуги, вассалы, Аэриос с Валери. Ты не дала никому ни единого повода усомниться в себе.

Он делает паузу.

— Я горжусь тобой, Элина, — добавляет он тихо. — Больше, чем ты думаешь.

Я улыбаюсь.

— Видимо, Боги не возражают против этого, — отшучиваюсь я с усмешкой.

Смотрю на него, глаза темнеют.

— Боги тут ни при чём. Это ты и твоя магия, — рокочет он, поднимаясь во весь рост.

Потом протягивает мне руку. Я берусь за неё.

— Идём покажу кое-что, — говорит он и ведёт меня к окну, за которым раскидывается ледяное безмолвие Кайра. — Теперь и это твоё, Элина. Это всё.

Я затаиваю дыхание.

— Это… Наверное, здорово, — говорю тихо. — Но мне важны не земли, не замок, не богатство. Мне важен ты сам. И только ты, Дэйнарин.

Он поворачивается. Смотрит на меня слишком долго и слишком пронзительно.

А потом поднимает мою ладонь и целует, глядя прямо в глаза.

— Есть ещё одна вещь, — произносит он почти шёпотом, отпуская мою руку. — Связь.

Слово ложится между нами тяжело. Но не пугающе, а скорее… как неизбежность.

— Ты знаешь, что это значит? — спрашивает он.

Я качаю головой.

— Не до конца, — отвечаю честно.

Дэйнарин ловит моё лицо в ладони.

— Это выбор, после которого ты не сможешь уйти, — говорит спокойно. — Не сможешь захотеть другого. И я тоже. И это… необратимо.

Тишина становится плотной. Дэйн не торопит, не давит. Ждёт, ловит каждую реакцию.

— Ты можешь отказаться, — добавляет он тише. — И ничего не изменится.

По его эмоциям я понимаю, что это правда. Он не оставит меня, даже если я не захочу создавать истинную связь.

— Я не отступлю, — говорит он. — Но и не возьму это силой. Ты должна выбрать это сама.

Я не отвечаю сразу. Смотрю на него долго. Слишком долго для простого ответа.

Этот мужчина рисковал жизнью ради меня, не раз спасал из лап смерти, избавлял от мучений ценой собственных.

Как я могу выбрать иначе? Поэтому я лишь спрашиваю:

— Когда? — спрашиваю я.

Элина

В столовой замка приятно тянет ароматами пряностей, мяса, молока и сдобы. Люкс-сферы освещают пространство. Тёплый свет ложится на стол, на лица, на руки, на белую скатерть, которую я сама выбрала.

Я подхожу к столу, аккуратно, придерживая на руках ребёнка.

— Он заснул? — мягко спрашивает Дэйнарин, пододвигая мне стул.

— Он поужинал первее нас, — улыбаюсь я. — И притомился за день.

Дэйн усмехается и протягивает руку, чтобы коснуться крошечной ладони.

Наш сын тихо спит. Ему всего две недели и один день. Он появился на свет в срок, здоровым, красивым. Весь в отца.