Книга Дракон и диковинка для драконёнка, страница 98 – Саша Винтер

Дэйнарин

Пир проходит спокойно. Без напряжения. Без скрытых углов. Еда, свет, голоса — всё возвращается на свои места.

Запах жареного мяса тянется над столами, смешивается с пряностями и горячим хлебом. Слуги двигаются быстро, почти бесшумно, наполняют кубки, меняют блюда. В глубине зала музыканты перебирают струны, певцы тянут лирические и военные баллады.

Элина сидит рядом. Спина прямая, взгляд внимательный. Первая робость в ней быстро проходит, сменяется уверенностью.

Вассалы, сидящие за расставленными в зале столами — драконы и зажиточные дворяне с моих земель — подходят к ней. Здороваются, представляются. Элина отвечает спокойно, с лёгкой улыбкой, в которой нет ни заискивания, ни холодной отстранённости.

Феодор в какой-то момент встаёт рядом с ней и что-то говорит на ухо, она чуть склоняет голову, слушает, задаёт короткий уточняющий вопрос. Не теряется. Не суетится. Освоилась. Она уже не гостья.

Замок её принял. И не потому что я сказал, что она моя жена, а потому что она вписывается, выдерживает.

Марийка быстро покидает своё место, двигается между столами, знакомится с людьми. Она сначала осторожно отвечает на вопросы, потом уже сама что-то объясняет, смеётся, поправляет чью-то перевязку прямо на месте. Через полчаса её уже хлопают по плечу и зовут «своей».

Тиберий сидит по другую руку от Элины, ест с таким видом, будто спас мир и заслужил всё это лично. Периодически что-то рассказывает ей, размахивает руками, забывая про вилку. Она кивает, слушает, а он от этого становится ещё важнее.

Дэвлин молчит. Но его взгляд время от времени возвращается к Марийке. Задерживается чуть дольше, чем нужно. Он думает, что этого не видно.

Наивный. Ну да. Он тоже нашёл. Посмотрим, как мой сын с этим справится.

В кубке вино, но я почти не пью. Рассматриваю свою жену и не могу наглядеться. Мне нравится всё. Как она поправляет волосы. Как чуть наклоняется, слушая. Как смеётся — тихо, не напоказ.

Аш-раад. Я столько лет пировал в этом зале и но никогда не замечал, чтобы он выглядел так празднично. Это потому что в нём сейчас есть Элина.

Когда баллады сменяются заводными ритмами скоморошеских частушек, к нам подходят Аэриос и Валери.

Я уже успел рассказать Элине про своего друга, но она видит его впервые.

— Элина, познакомься, это мой друг, ледяной дракон Аэриос Витерн и его супруга Валери.

— Очень приятно, — воркует Элина. — Ваш коф-фэ в своё время буквально вернул меня к жизни.

Изысканный комплимент заставляет Аэриоса чуть улыбнуться, а Валери буквально расцветает. Ведь коф-фэ — это её изобретение.

Наши леди удаляются поговорить о женском, а мы с Аэриосом выходим на террасу первого уровня проветриться.

— Я вижу, как ты смотришь на жену, Дэйн, — произносит друг. — Когда закрепишь связь?

— Когда она будет готова, Аэр, — отвечаю. — Она не попаданка, так что у меня спешки нет.

— Всё приходит в срок, — Аэриос усмехается в усы, которые отрастил вместе с аккуратной бородой.

Теперь он выглядит ещё суровее, чем несколько лет назад, когда встретил свою Валери и закрепил их связь.

— Вот и наш срок тоже настанет, — говорю я.

Мы возвращаемся, в центре зала уже танцуют раззадоренные лорды, их леди весело отвечают им. Я наблюдаю за этим весельем, но знаю, что вечером, когда закончится пир, я задам Элине самый важный вопрос.