Книга Дракон и диковинка для драконёнка, страница 90 – Саша Винтер

— Я буду слушаться Марийку! — говорит серьёзно.

Марийка хмыкает.

— Вот это меня и пугает, — отвечает с улыбкой.

Но я чувствую: в ней уже нет отторжения. Только сомнение. Тяжёлое. Живое. Она смотрит на Дэйна.

— А если я не справлюсь? — спрашивает с тревогой.

— Тогда мы вернём тебя сюда, в Норвен, — отвечает он просто. — Значит, просто не получилось. Но попробовать ты можешь.

Это решает больше, чем любые уговоры. Она кивает.

— Мне нужно подумать, — наконец говорит она и выходит на улицу.

Я провожаю её взглядом. Через мгновение за ней выходит Дэвлин. Кажется, у них сейчас будет свой разговор.

Я не слышу их слов. Но и не нужно. Возвращаюсь к Дэйну.

Он смотрит на меня. Цвет лица выровнялся, взгляд ясный, на лице уже нет печати боли.

— Ты вымотана, — говорит он тихо. — Не спала?

— Ты был на грани, — отвечаю, проводя рукой по его волосам. — Я не могла спать.

Он чуть качает головой.

— Теперь я почти в порядке, Элина, — спокойно говорит он.

Я чувствую. Он не лукавит и не преукрашивает. В нём ещё слабость, но опасность миновала.

— К вечеру полностью восстановлюсь, мы сможем улететь, — добавляет он. — Сначала до Ульда. Оттуда домой.

Слово «домой» звучит странно. Тепло.

— Ты уверен? — спрашиваю. — Может, подождём до утра?

— Уверен, — твёрдо выговаривает Дэйн. — Нам нужно закончить это.

Я киваю.

Дверь открывается, возвращается Марийка, за ней входит Дэвлин.

Травница почти светится. Интересно, что такого ей успел пообещать белый дракон?

— Я приняла решение, — говорит она. — Я готова отправиться с вами.

Тиберий вскакивает.

— Правда?! — восклицает радостно, подбегает к ней и врезается в бёдра, обнимая. — Ура! Ты очень хорошая, Марийка!

Она неловко улыбается. Треплет его по волосам.

— Только не пожалей потом, — говорит тихо.

— Не пожалею, — отвечает он уверенно. — Я буду самым послушным драконом!

Я улыбаюсь.

Дэвлин стоит чуть в стороне.

Смотрит на них. И в нём появляется что-то мягкое, тёплое. Но он тут же это прячет. Держит строгое лицо.

— Тогда решено, — говорит Дэйнарин. — Он закрывает глаза на секунду, будто собирает силы, открывает снова. — К вечеру вылетаем. Сначала в Ульд, потом на Кайр. Полетим через океан, а не над материком. Так будет быстрее.

— Есть ещё одно, — вдруг оживляется Дэвлин. — Не забывай, отец. Элина должна дать показания против лорда Боргарна.

Слова падают в комнате, словно камни на мокрую землю.

Я не отвожу взгляд.

— Против чёрного дракона? — уточняю.

— Да, — произносит сын Дэйна. — На суде ваши показания будут решающими. Вы, можно сказать, единственная свидетельница. Остальные мертвы.

Дэйн поднимается на локте, преодолевая слабость.

— Только давай не тащить мою невесту в суд, сынок, — говорит просто. — На комиссии Ордена под магией Астролита Элина даст показания под запись. Этого будет достаточно.

Дэвлин медленно кивает.

— Да, отец, можно и так, — отвечает неохотно.

Я делаю глубокий вдох. Внутри ворочается неприятное ощущение, что придётся вспомнить и пересказать всё, что я знаю, начиная с убийства сестры. Боль сжимает сердце. Но я должна это сделать. Чтобы смерть Жаклин не оказалась напрасной. Чтобы восторжествовала справедливость.

— Я дам показания, — говорю чётко.

Я смотрю на Дэйна. На Тиберия. На Марийку. На Дэвлина. Мы почти закончили эту историю. После возвращения начнётся новая. Наша. И остался всего один шаг.