Книга Цена его стаи, страница 23 – Любовь Алисова

Волькан прижал её к себе еще крепче, словно проверяя, действительно ли она в безопасности, и поцеловал в макушку.

— Забудь о нем. Его больше нет. Теперь они знают, что я разорву любого, кто сунется на мою землю. Ты под моей защитой, Малика. В этой стае тебя никто не тронет.

Яркий солнечный свет резко ударил по глазам, заставив Малику поморщиться и поглубже зарыться лицом в подушку. Она со стоном перевернулась на другой бок и замерла, прислушиваясь к своим ощущениям.

Тело чувствовало себя очень странно. Всё внутри приятно ныло после той дикой, грязной ночи на поляне, но одновременно с этим в теле была какая-то неестественная, бьющая через край легкость и сила. В венах словно бурлила чужая, горячая энергия. Ментальная связь больше не пульсировала диким пожаром — теперь она ощущалась как глубокий, надежный, теплый узел где-то в районе солнечного сплетения. Она физически чувствовала, что Волькан жив, спокоен и находится где-то внизу, на первом этаже дома.

Малика открыла глаза и осмотрелась. Это была не её маленькая спальня.

Комната была огромной, обставленной массивной мебелью из темного дерева. На стенах висели шкуры, а пахло здесь исключительно Вольканом — суровым лесом, морозным ветром и кожей. Вчера ночью, когда они вернулись с обряда, Альфа не отпустил её к себе. Он принес её в свои покои, лично отмыл от грязи и крови, а потом уложил в свою огромную постель, намертво прижав к своей широкой груди. Прошлой ночью она спала уже как его законная Луна, в его комнате и на его правах.

Малика приподнялась на локтях. Одеяло соскользнуло, обнажая её плечи. На теле не было одежды, а на бедрах и шее отчетливо виднелись темные следы от его пальцев и зубов — метки, которые он оставил, когда грубо брал её у того дуба.

В дверь тихо, но уверенно постучали, и в комнату сразу же заглянула Диана. В руках она держала небольшой поднос с горячим чаем и завернутыми в салфетку пирожками.

Выглядела целительница непривычно: на её лице не было прежней суровости, глаза светились мягким теплом, а на шее из-под вороха свободной рубашки виднелся свежий, отчетливый след от волчьих зубов — метка Марка. Настоящая, закрепившаяся связь.

— Привет, Луна, — с доброй усмешкой тихо сказала Диана, закрывая за собой дверь ногой. Она подошла к кровати и поставила поднос на тумбочку. — Вижу по твоим глазам, что ты жива. И по запаху в комнате тоже всё понятно. Ну как ты?

Малика смущенно натянула одеяло до самого подбородка, чувствуя, как краснеют щеки.

— Странно, — честно призналась она, садясь в постели. — Всё тело ноет, но внутри столько сил, будто я горы свернуть могу. Это из-за обряда?

— Из-за него, — Диана присела на край огромной кровати и протянула ей чашку с ароматным травяным чаем. — Волькан поделился с тобой своей силой, когда взял тебя. У вас была… очень бурная ночь. На поляне до сих пор трава выжжена от вашей магии, да и тело того Северного уже убрали. Марк рассказал, что Альфа был просто в ярости.

Малика сделала глоток, чувствуя, как приятное тепло разливается по грудным мышцам. Она внимательно посмотрела на подругу.

— А у вас? Ты как? Марк… он не сильно тебя напугал?

Диана мягко улыбнулась, и на её щеках появился легкий румянец. Она опустила взгляд на свои ладони.

— Нет. Он был грубым, диким — ну, как все они в полнолуние, ты сама теперь знаешь, — целительница тихо хмыкнула. — Но в этой его грубости было столько заботы. Он держал меня так, будто я самое дорогое, что у него есть. Я впервые за столько лет спала спокойно, Малика. Мой зверь внутри наконец-то затих и принял его. Мы теперь пара. Настоящая.