Книга Цена его стаи, страница 25 – Любовь Алисова

Его связь внутри неё тут же отозвалась короткой, мощной вспышкой облегчения. Зверь увидел свою самку в целости и сохранности.

Волькан плотно закрыл за собой дверь и в несколько широких шагов пересек комнату. Он подошел к подоконнику, с ходу протянул свои огромные, горячие ладони и грубо, но с явным облегчением притянул Малику к себе, заставляя её встать. Его руки по-хозяйски легли на её талию, намертво фиксируя девушку у своей груди.

— Мы готовимся к войне, — без лишних предисловий, глухим и прокуренным голосом выдохнул он ей прямо в лицо. От него пахло табаком, злостью и тем самым мужским жаром, от которого у Малики вчера сладко сжималось всё внутри. — Совет окончен. Все беты уже раздают приказы стае.

Малика испуганно замерла, вглядываясь в его жесткое, словно высеченное из камня лицо. Ментальная связь между ними вибрировала от его тяжелой, непреклонной решимости.

— Настолько всё серьезно? — тихо спросила она, положив ладони ему на грудь.

— Более чем, — Волькан хищно сощурился, и в его янтарных глазах мелькнула опасная волчья искра. — Северные перешли все границы. Тот ублюдок, которого я разорвал, был не просто лазутчиком, а личным бойцом их Альфы. Это была прямая проверка на прочность. Они думали, что застанут нас врасплох во время обряда. Если я спущу им это с рук, стая решит, что их вожак слаб и не может защитить свою Луну.

Он наклонился ниже, почти касаясь своим носом её щеки, и глубоко втянул её запах, окончательно успокаивая своего внутреннего зверя. Его пальцы сильнее впились в её бедра сквозь одежду.

— На следующую луну мы выступаем на их клан, — жестко отрезал Альфа. — У нас есть ровно месяц, чтобы собрать всех бойцов, подготовить оружие и продумать тактику. Я лично сотру эту стаю с лица земли, а голову их Альфы брошу к твоим ногам за то, что они посмели напугать тебя на моей земле.

Малика почувствовала, как по спине побежали мурашки — от страха перед грядущей бойней и от того, с какой дикой, первобытной силой этот мужчина был готов уничтожать врагов ради неё.

Слова Волькана обухом ударили по голове. «Война… Через месяц… Стереть с лица земли…» — эти страшные фразы никак не укладывались в сознании обычной человеческой девушки. Малика побледнела, её губы задрожали, а в глазах застыл чистый, первобытный ужас. Она живо представила себе реки крови, разорванные волчьи тела и крики. И всё это — из-за неё? Из-за того, что произошло вчера на поляне?

Её сердце снова заколотилось в горле, дыхание перехватило, а руки, лежащие на его груди, начали мелко дрожать. Паника, еще не до конца утихшая после ночного нападения, накатила с новой формой.

Волькан мгновенно почувствовал это. Ментальная связь сработала как оголенный провод — его накрыло волной её шока и страха. Жесткое выражение его лица тут же смягчилось. Он тихо, утробно зарычал, но на этот раз мягко, успокаивающе, словно убаюкивая испуганного щенка.

— Тихо, тише, девочка моя… Посмотри на меня, — его голос стал низким, бархатным и обволакивающим.

Он перехватил её за талию, легко оторвал от подоконника и сел на него сам, усаживая Малику к себе на колени, лицом к себе. Его огромные, горячие ладони легли на её бледные щеки, заставляя поднять голову и посмотреть ему прямо в глаза.

— Посмотри на меня, Малика. В глаза мне смотри, — властно, но нежно потребовал Альфа.