Книга Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде - 2, страница 46 – Наталья Шевцова

Паддл тем временем упала на колени прямо посреди пекарни, заламывая руки:

— Мы ещё и виноваты остались! Люди добрые, милые, родные! Вы видите, что делается: МЫ ещё и ВИ-НО-ВА-ТЫ ОСТАЛИСЬ!!! — слёзы потекли по её щекам, размазывая румяна. — А всё потому, что они все тут ЗАОДНО!!! ВСЕ ОНИ ТУТ В СГОВОРЕ!!!

София фыркнула и пробормотала себе под нос:

— Ага! Прям все и с первого дня!

Я слабо улыбнулась.

Марта подхватила истерику, схватившись за голову:

— Ла-ава-анда! О горе нам! О несчастье! Про-ооости нас! Мы пытались наказать твою убийцу, но её покрыва-ааааают! К ней не подпуска-ааааают! — она завыла так пронзительно, что даже стоящие за дверью зеваки поморщились.

Не осталась в стороне и Эдит, она рухнула на пол рядом с Паддл, рыдая в голос:

— Лава-ааанда! Подру-уууженька! На кого ж ты меня покинула?.. Ой-ой-ой... не стало хозяйки в дому светлом! Потускнели окошки, притихла печурочка! Где ходила ты — травушка примята, да шагов уж нет... — била она себя в грудь, причитая. — Как же я без тебя?.. Как же мы без тебя?..

Лети прислонилась к стене и, слегка наклонившись к Ивко, шепотом прокомментировала:

— Интересно, они заранее репетировали или это чистая импровизация?

Ивко кивнул и буркнул:

— Угу! В цирке бы им выступать.

— С каких пор! — выла тем временем Титтл, хватаясь за косяк двери типа для опоры. — С КАКИХ ПОР потерявшие близкого человека должны извиняться перед её убийцей?! Где справедливость?! ГДЕ?!!

Карающий клинок вздохнул и посмотрел на часы.

Заметив это, Паддл поползла к нему на коленях и, цепляясь за полы его сюртука, взмолилась:

— Ваше Сиятельство, услышьте нас! Умоляю! ЗАЩИТИТЕ НАС!!! Иначе они нас всех тут перетравят да перебьют! Сегодня Лаванда и Долорес...

Брезгливо поморщившись, он отступил на пару шагов назад.

— …и мои бедные овечки, и мой маленький мальчик, — всхлипывая и типа вытирая слезы, вставила Марта.

— Вот-вот, — энергично закивала Паддл. — Сегодня Лаванда, Долорес, овечки и Лука, а завтра — мы все! МЫ ВСЕ УМРЁМ! Защитите! ЗАЩИТИТЕ НАС, Ваше Сиятельство!!!

Карающий клинок снова поморщился и… неожиданно для всех, обращаясь к «залу», поинтересовался:

— А с Долорес, что?.. У нас что, ещё один труп? — уточнил он, переведя взгляд сначала на мэра, затем на шерифа.

Те недоуменно заморгали и посмотрели… на меня.

А что я? Типа я знаю, кто такая Долорес. Ну и я тоже недоуменно заморгала, мол, извините, понятия не имею, о чем вы.

— Не-э, Долорес пока не труп! — ответил за меня Ивко. — Она вон, — указал он на ту самую «вражескую лазутчицу» в зеленом платье с кружевным воротником, — видите, пока ещё жива!

По-видимому, услышавшая в словах «пока не труп» и «пока ещё жива» угрозу, Долорес сдавленно пискнула и схватилась за сердце, прижав при этом к груди купленное у меня якобы отравленное лавандовое печенье.

Шериф кашлянул, пряча улыбку. Мэр предложил:

— Воды?

— Нет, спасибо, — отрицательно покачала та головой. — Ничего. Ничего не надо.

— Как это ничего не надо? — уперла руки в боки София. — А как же, сдать властям на экспертизу отравленное печенье?! Вот они, власти, — кивнула она на Конрада, мэра и герцога и потребовала: — сдавай!

— То есть, отравлены не только круасаны, — кивнул себе под ноги герцог и уточнил: — но и печенье?

— Именно! — выступила вперед, задрав подбородок, Титтл. — Долорес всю ночь мучилась с коликами! Чудом выжила! Да, Долорес?