Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 199 – Александра Воронцова

И я ему ничего не запрещала.

Молчит по своей воле.

Меня это и раздражало, и настораживало.

Раздражало, потому что я хотела, чтобы он злился. Признаться, я чувствовала удовлетворение, когда в Ренци просыпалось что-то вроде ревности.

А настораживало, потому что было очень похоже на то, что у Дориэна зреет план.

Как всегда, гениальный.

Такой, что расхлебать с наскоку его последствия не получится.

И я косилась на Ренци, пытаясь понять, в чем собственно дело.

Где-то на середине пути, он вдруг встал, как вкопанный.

— Ты чего? — оглянулась я на него, успев пройти несколько шагов вперед по инерции.

— У меня есть одно важное дело. Я вернусь сам.

— Так не пойдет! — тут же возразил Санти.

— Мне тоже не нравится оставлять вас наедине. Только попробуй распустить руки, ясно? — рыкнул Ренци и, постучав по одной из стен, открыл тайный ход.

У меня глаза на лоб полезли!

Ах да, они же уже проходили пустоты…

Не успели мы с Санти ничего сделать, как Дориэн скрылся из вида, а маскирующая панель встала на месте.

У меня внутри все закипело!

Ах вот как?

Важное дело?

И Санти нельзя распускать руки?

Со злости я топнула ногой. Увы, Ренци это не впечатлило бы, даже если бы он все еще был здесь.

— Ну, если попадется — сам виноват, — не похоже, чтобы секретаря волновала судьба Дориэна. — Пойдем. Ловить я его точно не стану.

Делать нечего, пришлось согласиться.

Санти развлекал меня разговорами, отвлекая от тревожных мыслей. Рассказал, что скоро будет осенний бал, и что он хотел бы пригласить меня на танец. Поглощенная своими размышлениями я кивала на все, что он говорил, поэтому значение вопроса, заданного им у порога моих покоев, дошло до меня несколько позднее, когда я уже кивнула:

— Можно я тебя поцелую?

И только, когда теплые губы коснулись моей щеки совсем рядом с уголком губ, я осознала, что сама это разрешила.

Краска тут же бросилась мне в лицо.

Поцелуй был почти невинный, но с таким толстым намеком, что Санти интересует продолжение, что я разволновалась.

— Прости… Мне пора… Спасибо большое… Цветы… Да, они… И танец, хорошо… — неся эту белиберду, я залетела к себе и придалась лопатками к двери, пытаясь унять сердцебиение.

Внимание Санти находило во мне отклик.

Нет, у меня так не плыло перед глазами, как в те моменты, когда Дориэн терял совесть и целовал меня, но все же… Это было несомненно приятно и вдвойне приятнее от того, что секретарь назло Ренци позволил себе вольность.

Вот так.

А то Дориэн заладил, что никто на меня не позарится, никому я не нужна.

Ха!

Мысли снова вернулись к тому, что мы услышали во время допроса Монферо. Его слова о моем отце… Я нутром чувствовала, что это ложь. Тетя всегда говорила, что отец восхищался императором. К тому же у него не было причин быть недовольным его правлением. Благосостояние наше росло, отца ждали прекрасные перспективы...

С чего ему вдруг интересоваться сомнительными вещами?

Однако во что-то отец все же был втянут.

В этом не было никаких сомнений. Эти записки… Мне все больше казалось, что угрозы в них касались не только личного.

Что же случилось, папа?

Почему ты не смог оправдаться? Как ты мог оставить нас с тетей в таком положении? Я не верила, что он не сделал ничего, чтобы нас защитить.

Кстати, о тете. Письмо мэтра Стонце я прочитала, а вот письмо тети нет.