Книга Секретарь мрачного графа. Ошибки не прощаются, страница 45 – Наталия Ники

На, как говорится, мы полагаем, а …

В общем, рано утром меня разбудил громкий стук в дверь. Закутавшись в шаль, я открыла и сквозь нерастаявшую еще дымку сна увидела мрачную физиономию Джона.

Ну, что еще?

Недовольно осмотрев меня, слуга произнес:

— Вы еще не собраны? Выезд через полчаса!

С досадой хлопнула себя по лбу: точно! — граф же говорил, что в конце недели предстоит поездка в Нордши, чтобы я-де приобрела себе новое платье. К Трудэ я тогда так и не пошла — не хотелось вновь облачаться в синюю робу, — зато стала чередовать платье и юбку с блузой.

Было жарко, но выглядела я вполне достойно! На мой взгляд.

Так что в Нордши ехать не хотелось от слова совсем, но выбора мне не дали.

Я думала, что мы отправимся в Вилемс, где сядем на поезд. Но нет. Через полчаса я, полностью собранная, стояла вместе с другими обитательницами фабрики в желтом пятачке электрической лампы перед паровым омнибусом.

Стоянка находилась в подземелье фабрики. Кроме того, в этот зал, судя по многочисленным коробкам, мешкам и стоящим неподалеку грузовым машинам, откуда-то привозили сырье для фабрики. Зал был настолько огромен, что его высокий потолок тонул в темноте, а противоположного конца и вовсе было не видать.

Восседающая на первом сиденье Лара демонстративно отвернулась в окно, когда я шагнула в салон омнибуса, а доктор тепло улыбнулся мне. Вежливо кивнув, я заняла свободное место в конце салона.

Двери с чиханием закрылись, и омнибус под управлением Джона медленно покатился вперед. Он подъехал к огромным воротам, за которыми показался темный зев туннеля, размеченный искусственным светом.

Вот и решилась давняя моя загадка, как снабжается фабрика. Через этот огромный туннель, в котором мог проехать даже самый большой паромобиль, завозили сырье и вывозили уже готовые лекарства.

Выехав из туннеля, омнибус начал спускаться с горы по извилистой крутой дороге. Я чувствовала дурноту, всякий раз, когда он, казалось, соскользнет в пропасть от очередного резкого поворота, но я не могла отвести глаз от равнины в изножии гор. На раскинутом зеленом покрывале, подобно жемчужинам белели городишки.

Примерно после двух часов езды, когда солнце уже высоко стояло в небе, и в омнибусе стало нестерпимо душно, мы, наконец, доехали до одного из них, Нордши.

Нордши мало чем отличался от Вилемса: краснокрышные дома, прижатые друг к другу, старинные мощеные улицы, то взбирающиеся вверх, то круто уходящие вниз, и высокая башня ратуши на центральной площади.

Девушки рассыпались по площади, как только омнибус остановился, а из расположенных неподалеку лавок и кондитерских выглянули радостные лица хозяев. Оказывается, их здесь ждали.

Я осталась стоять одна. За все время поездки никто так и не заговорил со мной, словно управляющая велела своим курочкам держаться от меня подальше. Ну и не особо-то и хотелось! Своих дел полно.

Доктор Рэдклиф сделал шаг в мою сторону, но Джон, успевший запереть омнибус, сгреб меня за руку — огромная лапища сомкнулась на моем предплечье — и потащил вниз по лабиринту узких улочек.

После второго поворота я вырвала руку и злобно уставилась на слугу.

— Граф Нолорано велел сопроводить вас в магазин готового платья! — бросил слуга, меланхолично взирая на мой демарш.

Несколько прохожих остановились рядом и с удовольствием наблюдали за пока еще вялым противостоянием между мной и огромным, похожим на монстра, Джоном.