Книга Ненужная ректорша. Развод по королевскому приказу, страница 34 – Майкл Скофилд

Он посмотрел на меня без упрёка.

Это было хуже, чем если бы он разозлился.

— Вот почему, — сказал он.

Я отступила на шаг.

Магия дрожала вокруг моих пальцев. Чужая и моя одновременно.

— Я не хотела.

— Хотели. Просто не его.

Эти слова остановили меня.

Не его.

Я хотела ударить не Люциана.

Я хотела ударить Рейнара. Серафину. Ольвена. Хранителей. Двор. Годы. Себя — ту, которая не вспомнила раньше.

Я опустила руки.

Тени исчезли.

— Простите, — сказала я.

Люциан вытер кровь пальцами.

— Не тратьте извинения. Они скоро понадобятся тем, кто заслужил вашу ярость.

Профессор Эш посмотрела на него так, будто он сказал именно то, чего не следовало.

— Что ты предлагаешь?

— Открыть ей часть.

— Люциан, нет.

— Или она войдёт целиком и сломается.

Я не стала спорить. Впервые за последние часы я поняла, что он прав.

Не потому, что имел право решать за меня.

А потому, что я сама чувствовала: если сейчас увижу всё, меня может не остаться.

Профессор Эш устало закрыла глаза.

— Частичный допуск к архиву родовых потерь требует трёх свидетелей и якоря.

— Свидетели есть, — сказал Люциан.

— Якорь?

Он посмотрел на меня.

— Я.

— Нет, — сказала профессор.

— Да.

— Ты не выдержишь чужую материнскую потерю, если твоя собственная не закрыта.

— Не закрыта, значит, дверь уже открыта.

Профессор Эш выглядела так, будто готова ударить его.

— Ты всегда был упрямым идиотом.

— Зато полезным.

Я вмешалась:

— Что значит якорь?

Люциан повернулся ко мне.

— Я буду держать вас в настоящем, пока архив покажет прошлое. Если вы начнёте проваливаться, вы услышите мой голос и вернётесь.

— А если нет?

— Тогда мы оба пожалеем, что утром не ограничились чаем.

Я смотрела на него.

Мужчина без сердца.

Изгнанный архимаг.

Человек, которого обвиняли в смерти невесты.

Тот, кто не утешал, не жалел, не обещал невозможного. И всё же стоял здесь, с кровью на губах, готовый войти со мной в чужой кошмар.

— Почему? — спросила я тихо.

Он понял вопрос.

— Потому что у меня не получилось спасти Амиру.

— Я не она.

— Знаю.

— А Мира не тот ребёнок, которого потерял ты.

— Знаю.

— Тогда почему?

Люциан ответил не сразу.

— Потому что если такие двери снова открываются, кто-то должен наконец пройти до конца.

Мы вышли из малого архива.

Арка с детской ладонью ждала.

Теперь она не казалась просто символом. Ладонь была маленькой, выпуклой, как отпечаток настоящего ребёнка в мягком воске. Я протянула руку, но остановилась, не касаясь.

Профессор Эш встала слева. Верна Сол — справа. Лира и Эрик остались позади, хотя я велела им уйти. Оба отказались. Лира сказала, что принесла чай ректорше и теперь технически отвечает за её выживание. Эрик сказал, что всё ещё не решил, хочет ли моей смерти, и потому должен проследить.

В другое время я бы улыбнулась.

Не сейчас.

Люциан встал напротив меня.

— Дайте руку.

Я протянула.

Он снял перчатку и взял мою ладонь.

Его пальцы были холодными.

Но хватка — живая.

— Слушайте мой голос, — сказал он. — Что бы вы ни увидели, помните: это было. Не есть. Было.

Я кивнула.

Профессор Эш произнесла заклинание.

Верна Сол достала ключ без зубцов и повернула его в воздухе.

Ладонь на арке раскрылась.

За ней была темнота.

Не комната.

Не коридор.

Воспоминание.

Люциан сжал мою руку.

— Дышите.

Я шагнула вперёд.

Сначала пришёл запах.