Книга Поцелуй смерти, страница 45 – Элис Вайлд

Пока отец еще дышит, этого не будет. После того, что лорд Пейн сделал со мной сегодня, я точно знаю, что папа никогда не согласится на эту помолвку.

Пройдя мимо мачехи, я взбегаю по лестнице. Мерельда не делает ни малейшего движения, чтобы последовать за мной.

Останавливаюсь прямо у двери. Сердце бешено колотится в груди, когда я прижимаю руку к деревянной поверхности. Правда ли я готова увидеть то, что находится внутри?

В попытке немного успокоиться я закрываю глаза и толкаю дверь вперед.

В комнате так темно, что мне приходится несколько раз моргнуть, чтобы убедиться, что я действительно открыла глаза. Когда зрение привыкает к полумраку комнаты, я вхожу внутрь. Один шаг, и я уже вижу, насколько все серьезно.

Отец лежит в постели. Из-за одеял и подушек, наваленных сверху и вокруг него, он кажется крошечным. За тяжелой металлической решеткой я слышу потрескивание огня – он почти не дает света, зато заполняет и без того душную комнату дымом и жаром.

Сделав еще один шаг внутрь, я подхожу ближе к кровати, напрягая зрение из-за темноты. Отец выглядит еще хуже, чем я ожидала. Кожа его имеет желтый оттенок, а лицо пугает своей неподвижностью. Его глаза закрыты, и на одно ужасное мгновение мне даже кажется, что он вообще не дышит.

Но затем я вижу, как его грудь слегка приподнимается.

Того сильного мужчины, которым когда-то был мой отец, больше нет – его место заняло это хрупкое создание, находящееся на самом краю смерти.

Что они с ним сделали?

Что они с ним делают?

Зачем держать комнату в такой духоте? Здесь ни капли кислорода, только пот и дым. А ему нужен свежий воздух и солнечный свет.

Стоя рядом с кроватью, я тянусь, чтобы взять его за руку. Я чувствую липкий пот на его ладони, когда сжимаю его руку в своей. Никогда не видела его пальцы такими чистыми, впервые в жизни они не перепачканы красками и чернилами.

— О отец, – вздыхаю я, опускаясь на колени и прижимаясь лбом к тыльной стороне его ладони, все еще сжимая его руку. – Пожалуйста. Пожалуйста, не оставляй меня. Я не смогу жить без тебя. Мне еще столько всего нужно тебе рассказать.

Словно по команде, все эмоции, что я сдерживала эти дни, выливаются в слова и в полном объеме срываются с моих губ. Я начинаю рассказывать ему о планах Мерельды выдать меня замуж за лорда Пейна… и о том, как он обошелся со мной всего несколько мгновений назад. Ничего не утаивая, я говорю, через что мне пришлось пройти с тех пор, как он привел Мерельду в наш дом, и захожу настолько далеко, что даже рассказываю ему о жестокости Амадея и странной доброте Киприана.

Слова свободно летят из моих уст, а сердце освобождается от тяжелейшего груза, который оно несло на себе все эти годы. Я молюсь всем богам, чтобы отец услышал меня. Чтобы он понял, что я говорю.

Мне так нужно, чтобы он услышал… Мне нужно, чтобы он остался со мной.

Я не хочу жить в этом мире без него – это не жизнь вовсе. Он же так молод! По крайней мере, мне всегда так казалось. У него впереди еще столько всего, ему столько надо увидеть и узнать. Я уверена.

Я не позволю Мерельде и доктору собирать его на тот свет. Я не позволю им разрушить наше совместное будущее.

— Обещаю тебе, – шепчу я, вглядываясь в его лицо. – Я найду способ спасти тебя, отец. Я вытащу тебя из лап смерти, даже если это будет последнее, что я сделаю.