Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 313 – Владимир Ланге

Вера со вниманием осмотрела сидящих в зале коллег, а коммунисты с нарастающим интересом глядели на неё, ибо никто не ожидал от райпедиатра Лебедевой столько прыти.

Настала тишина в зале, а сам виновник партсобрания Анатолий Ильинский сидел с опущенным взглядом, о чём он думал, никто не знал.

— К моему сожалению, – продолжала Вера говорить с уверенностью, словно перед ней лежал подготовленный текст, – но я, как председатель райкома профсоюза медработников, располагаю документами по фактам использования коммунистом Ильинским своей должности главного врача районной СЭС в …корыстных целях. Это двойные накладные по списыванию бензина и …и другие нарушения. По финансовым нарушениям уже создаётся комиссия областного профкома медработников. (Вера знала, что она беззастенчиво врёт, но продолжала говорить с нарастающим энтузиазмом праведника.) Гм… цель комиссии: проверка достоверности имеющихся фактов злоупотребления Ильинским своими полномочиями.

Вера опять сделала паузу, сердито взглянув на крупного мужчину в переднем ряду, который представлял собой начальство санитарной службы области. У присутствующих сразу же сложилось мнение, что они давно знакомы друг с другом и являются непримиримыми врагами. Жаль, что ораторша на этом не остановилась, а продолжала говорить то, что давно хотела сказать.

— Ещё с одним вопросом я хочу обратиться к вам, уважаемые коллеги. Как можно положительно оценивать труд руководителя учреждения при необъяснимой текучести кадров? Неужели вас, как коммунистов, не настораживает тот факт, что за последние годы никто из приезжающих санитарных врачей не пожелал работать под руководством товарища Ильинского, о котором вы так славно все говорили? …А как можно с уважением относиться к руководителю, о поведении которого слагаются поселковые анекдоты как о гулящем человеке?

Сказав последнюю фразу, Вера сразу поняла, что промахнулась, но что сказано, то сказано, ведь слово не воробей, если вылетит, то не поймаешь. Потом она опять осмотрела взглядом всех присутствующих, начиная с главврача до санитарки в последнем ряду, и… спокойно покинула место за трибуной. Аплодисментов не последовало. В зале было тихо. Раушан перестала плакать, а Роза лицом просветлела.

Домой, на час раньше времени, Вера шла рядом с Рогачёвым, с тем самым Рогачёвым, который когда-то дал ей взрывающийся кошелёк. После того, как утопился его друг хирург Мурза, он передал бразды правления организаторской работы в хваткие руки Камиллы Рахметовны, а сам пошёл работать простым терапевтом в поликлинику. По дороге Рогачёв посоветовал Вере как можно быстрее уволиться и искать новое место работы.

После этих слов Веру как беспартийную заступницу за рабочий коллектив районной СЭС залихорадило, но то, что ждало её дома, было совершенно непредсказуемо.

Во дворе привычно жужжали зелёные мухи и был такой покой, какой обычно бывает поздней осенью, когда солнце тяжело падает за дома и по земле от сарая к дому медленно расползаются чёрные тени, и в тени у своего сарая на скамейке сидела Аллочка, которая отгуливала свой трудовой отпуск.

— Верочка, ты сегодня пришла рано? Как прошло партийное собрание? Всё хорошо?

Не дожидаясь ответа, несмотря на свою тщедушность, она с силой утянула Веру к себе в дом, чтобы напоить её свежим чаем с только что сваренным вареньем, и напоила бы, если бы в её квартире не зазвонил телефон. Аллочка бросилась к телефону, оставив гостью стоять у порога. По тому, как она схватила трубку телефона и приложила к уху, стало ясно, что звонок был долгожданным.