Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 689 – Владимир Ланге

Новые друзья у Вити появились недавно. После того как мальчик вместе с классом побывал в Швейцарии, отношение к нему как к новичку переменилось. Привычный с детства к лыжным гонкам и имеющий навыки в катании на скейтборде, Виктор быстро освоил и горнолыжный спорт. Когда после зимних каникул вновь настала учебная пора, к Виктору подошли два самых задиристых пацана, Лоренц и Жиль. Была большая перемена, а перемена – это время драк и выяснения отношений. Эти пацаны пришли не для того, чтобы задираться, а для того, чтобы предложить ему мировую. Первым заговорил Жиль:

— Слушай, Виктор, хватит тебе защищать этого недотепу Тома. Ты не находишь, что Том похож на нашего кастрированного кота, ленивого и толстого? Ну зачем тебе с ним дружить? Ты за него дерешься, а он за тебя и пальцем не пошевелит. Давай дружить с нами! Ты, я и Лоренц станем одной командой – командой драчунов.

Виктор принял приглашение к дружбе недоверчиво, но иметь таких крутых друзей ему хотелось давно. Его друзья были детьми богатых предпринимателей. Если затейливому Жилю науки давались с трудом, то Лоренц обладал талантом математика и мыслителя, и они оба любили кулачные бои. Теперь с ними в одной команде дрался и Витя. Вскоре эта дружная троица – Лоренц, Жиль и Виктор – прославилась среди учеников своими победами в драках и дружбой. Вот в таком радостном настроении ехал мальчик домой из школы, когда услышал шепот девочки, сидящей с мамой на мягких автобусных сиденьях сзади него.

— Мама, смотри, какие великолепные черные кудри у этой девочки, что сидит впереди нас. Вот бы у меня были такие густые черные локоны, я бы…

— Эдит, тише говори, ведь это не девочка, а мальчик.

Когда Витя рассказал эту историю Вере, то она сама залюбовалась непричесанными густыми волосами сына, которые тяжелой волной падали на его сильные плечи и закрывали полностью правый глаз, как у настоящих скейтбордистов.

* * *

В темноте зала Виктор не мог увидеть мамину улыбку, но он чувствовал родное тепло ее руки, лежащей на плече. Это тепло успокоило его. Потом мама вновь приобрела командный голос и отправила сына на чердак досматривать мальчишеские сны.

Дети узнали новость о выселении из Бельгии утром, а перед уходом в школу Вера утешила их любимой присказкой: «Будем живы – не умрем!»

Только Витя с Таней вышли за порог, как на пороге появился полицейский, чтобы исполнить свой долг – выдворить нелегальную персону из поселка Фландегем. Арсеен приготовился идти в бой, но боя не было, потому что и сам полицейский был озадачен сложившейся ситуацией. Он имел предписание затребовать от некой Лебедевой подписаться под письмом из комиссариата, но у нее было на руках свидетельство о браке с гражданином Бельгии, которое по дате имело большую силу, чем опоздавший на день приказ о депортации из страны.

Если придерживаться профессиональных норм поведения, то при контактах с населением у полицейских не должно быть личных отношений ни к потерпевшему, ни к преступнику, но это был особый случай.

Госпожа Лебедева являлась законной женой подданного Бельгийского королевства, и выходило, что она одновременно являлась и потерпевшей, и преступницей.

В груди у участкового полицейского билось сердце сострадательного человека. Разобраться в сложившейся ситуации он не смог, поэтому и позвонил бургомистру Ревеле, чтобы поставить его в известность о происходящем несоответствии между датами, приказами и наличием легальных документов у депортируемой персоны, а закончил полицейский агент свой разговор с главой администрации следующей репликой, которая в переводе на русский язык звучала примерно так: «Вами, господин бургомистр, эта каша была заварена, вам ее и расхлебывать. Вы обязаны приехать на место происшествия. Ситуация экстренная, ведь по календарю сегодня пятница, а в понедельник молодую жену гражданина Лаере надо или депортировать со скандалом, или защищать от депортации без скандала, и при втором варианте вы сможете набрать очки перед выборами».