Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 743 – Владимир Ланге

Как глава знатного афганского рода, Джамшид посчитал своим долгом написать в прессу письмо, в котором открытым текстом осудил деятельность «Талибан», обвинив его в религиозном фанатизме, при котором будут разрушены устои Афганистана как светского государства. Письмо было опубликовано в центральной газете, и оно стало смертным приговором для Джамшида и его семьи. Сначала пропали мужья двух его дочерей, потом была убита его жена, народная певица. Джамшиду пришлось оставить родину и всей семьей бежать в Бельгию, где он был признан беженцем и жил по соседству с Верой.

Они познакомились через русскоговорящую Николь, а потом пути их разошлись, а жаль, потому что именно об этой женщине мечтал Джамшид годы разлуки, только она могла бы скрасить его вдовство в чужой стране. Пусть Вера не была родовитой афганкой, да и арабкой она не была, но в ней чувствовался русский дух, такой знакомый мужчине по студенческим годам в Москве. Все эти годы Джамшид жалел, что не смог удержать ее, не успел предложить выйти за него замуж. Прошло столько лет, и она вновь сидит рядом с ним в автобусе, в курточке цвета перезрелого апельсина, выглядит как цветущий гранат, как и в тот день, когда он хотел объясниться ей в любви.

Конечно, Вера помнила свой приход в афганскую семью в качестве гостьи. Она только начала встречаться с Арсееном, когда ее позвали в гости дочери Джамшида, который годился ей в отцы и заслужил ее уважение. Редко кто имеет в семейных архивах письмо президента Кеннеди, а Джамшид имел, а его поведение было эталоном достопочтенного человека, и говорил он не торопясь и всегда по существу.

В гости к афганской семье Вера пришла вместе с сыном, их усадили за столом рядом с главой семьи. Стол ломился от азиатских блюд, Вера впервые попробовала пельмени с травяной начинкой и наелась вкуснейших чебуреков. Выпить стопку виски впервые в ее жизни Вере пришлось в знак уважения к хозяину застолья, а потом она с удовольствием слушала гостеприимных дочерей знатного афганца, которые вкрадчиво, но доходчиво открывали ей свой взгляд на истинное предназначение женщины в семье, в котором мужчина должен быть ее полным хозяином и в жизни, и в постели. Вера была согласна ублажать и делать счастливым своего мужа везде и всегда, но такого у нее не было. Приятное впечатление от похода в гости разрушилось усато-слюнявым поцелуем Джамшида при прощании.

С той поры прошло столько лет, что восстанавливать утерянные контакты уже не имело смысла. Так и не вспомнив имя собеседника, Вера спросила о здоровье дочерей Джамшида и порадовалась за успехи в учебе его внучки и за возращение из плена одного из его зятьев. Потом в двух словах она рассказала историю своего замужества.

— Это тот сумасшедший толстяк на велосипеде? – удивился Джамшид. – И ты с ним живешь? Мне дочери говорили, что он стирал же твое грязное белье? Теперь он твой муж? Верочка, я не просил твоей руки только потому, что не имел документов, но сейчас я законно проживаю в Бельгии, а ты имеешь паспорт в Бельгии? Нет? А дети? Бедная моя Вера. Теперь я буду заботиться о тебе и о твоих детях. Выходи за меня замуж!

— Это для меня высокая честь, но я уже замужем.

Тут-то и прозвучала фраза, от которой у Веры перехватило дух.

«Я сделаю тебя счастливой».