Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 795 – Владимир Ланге

Женщина взяла отпуск и переехала на временное жительство к Роберту, и в этом ей помогала Герда, ее социальный ангел, которая была рада, что смерть обошла ее подопечную стороной, и обещала занять денег на съемную квартиру.

Через два дня Арсеен в присутствии старшей дочери и своего адвоката возвращался в свой дом. К этому событию был привлечен и мировой судья, чтобы засвидетельствовать ограбление господина Лаере его русской женой, но дом был чисто вымыт и убран, ничто не указывало на то, что здесь два дня назад жила русская женщина со своими детьми. Все ценности, мебель и бумаги Арсеена лежали на своих местах.

Вечером того же дня Арсеен сиротливо рыдал в своей спальне, и эхо пустого дома равнодушно вторило ему. Разве он так думал отпраздновать свою победу над Верой, виновной во всех его несчастьях?

В тот вечер Арсеен понял, что значит остаться на свете больным и совсем одиноким.

Глава 3

Роберт пребывал на седьмом небе: теперь в его доме жила Вера с детьми. Пускай дочери называли его действия безрассудными, пускай сосед наущал его каждое утро выгнать на улицу русскую семью беженцев, но он не собирался никого слушать, ибо привык сам решать, что ему делать, а что нет. Это была его миссия – защищать женщин и детей в опасности, которая делала его востребованным человеком. Если честно, ему всегда хотелось быть рядом с Верой, чтобы даже во сне чувствовать ту добрую теплоту, которую она приносила в его жизнь, улыбкой, ласковой ладошкой, похлопывающей его по плечу, искренней заботой и невероятным доверием к нему, как к верному другу.

Не оставляя работы, Вера искала съемную квартиру, а по вечерам готовила ужин на кухне Роберта и рассказывала ему новости о стариках и старушках, у которых она работала.

* * *

А осень брала свое. Человеку чувствительному всегда больно наблюдать, как на глазах жухнет яркая прелесть золотой осени, как оголяются ветки деревьев, взывая к небу, моля о пощаде, а над распаханными полями кружат стаи черных воронов, гортанными криками предупреждая все живое на земле о том, что идет зима, темная, холодная и дождливая.

Суббота есть суббота, «для девочек работа, а мальчишкам-дурачкам толстой палкой по бокам!». В таком неестественно приподнятом настроении бездомная Вера отправилась в субботу в город Гент покупать Виктору ботинки для скейтбордистов, в которых он с успехом мог бы ходить и в школу. В трамвае у нее зазвонил телефон и звонил до тех пор, пока не был найден на самом дне ее дамской сумки.

— Здравствуйте, Верочка.

— Здравствуйте тоже. Извините, но вы явно ошиблись номером.

Обычно Вере мужчины не звонили, тем более русские. Говорить на родном языке, сидя в бельгийском трамвае, ей не хотелось. Если бы Вера была обычной туристкой, то это бы сошло ей с рук, но она не выглядела обеспеченной туристкой из России, ибо по ее унылому виду и одежде с чужого плеча счастливой женщиной, путешествующей по свету, ее не назовешь.

— Не угадали, потому что я не ошибся номером, потому что я знаю ваше имя и знаю, что живете вы во Фландегеме.

— Молодой человек, если вы молодой, конечно, сейчас я занята и не могу с вами говорить. Да, и советую вам припомнить между делом мой вес и дату моего рождения.

Купив ботинки сыну в магазине для скейтбордистов, женщина была довольна, ее и без того хорошее настроение стало уже опасно хорошим. Ботинки были на 2 размера больше, чем нога сына, но они имели неоспоримое преимущество – их продавали по цене в два раза дешевле, чем стоили те. После этой удачной покупки настроение Веры было таким хорошим, что возвращаться домой к Роберту ей совсем не хотелось, и тут опять зазвонил телефон. На этот раз он быстро нашелся.