Книга Внезапно Папа, страница 47 – Татьяна Любимая

— Эй, систер? Че задумалась? Я спрашиваю, как там у Леськи дела?

— Ты же слышал! Все хорошо, – улыбаюсь широко и глупо. Так рада, что малыш послушал меня и доверился Лесе, а подруга хотя бы частично, но за ребенком присматривает. – Матвейка не плачет, Леська ужин готовит.

— Ага, а ты вместо нее будешь сказки ребенку читать, пока она к твоему шефу подкатывает?

— Э–э, ну да… Ну и что. Я же ради ребенка.

Оправдываюсь, а Женька снова закатывает глаза. И откуда у него появилась эта дурацкая привычка?

— Что?

— Систер, ты уверена, что все дело в этом маленьком мальчике?

— Конечно. Ты давай, не отвлекайся, пельмени посолил?

— А как же. Пару минут и будем хавать.

— Сказку пока ребенку выберу, – лезу в интернет.

— Давай–давай, Мэри Поппинс. Надеюсь, увольняться передумала?

— Передумала, – бурчу. – Тем более шеф премию обещал.

Вот то, что надо согласно настроению – "Мишка косолапый". Стихотворение в полной версии так и просится на озвучку. Оставляю закладку.

Проходит меньше часа и Никольская звонит сама.

— Все, Насть. Матвей поел, зубы сам почистил, умылся, и уже лежит в кровати, тебя ждет. Малыш, держи телефон, – слышу возню, – давай мы его тебе на подушку положим, а ты лежи, слушай Настю и засыпай. Спокойной ночи!

Леся оттараторила и, судя по тихому щелчку, ушла из детской.

— Матюша, я хочу тебе прочитать детскую сказку-стихотворение. Называется она "Мишка косолапый".

И я читаю ему строчки с выражением и на разные голоса:

Мишка косолапый, по лесу идет.

Шишки собирает, песенки поет.

Вдруг упала шишка, прямо мишке в лоб…

Запинаюсь на полуслове. Я бы с удовольствием сейчас кинула несколько шишек в лоб Шведову. Чтобы заколдованный принц с куском льда вместо сердца проснулся и вспомнил, как сам был маленьким и требовал внимания и заботы. Он сыну спокойной ночи хотя бы пожелал? Или он там с Леськой… беззаботно ужинает?

— Все, Настен, – слышу в трубке взвинченный голос подруги, – уснул ребенок.

— Как быстро. А ты что?

— Я? Я ничего. Папаша мальчика тоже дрыхнет без задних ног. Хотела на ужин его позвать, а он… Такой вечер испортил, – заключает с сожалением.

— Он говорил, не спал несколько ночей, – сама не знаю зачем оправдываю Михаила.

— Подумаешь! В его возрасте можно неделями не спать, – ворчит подруга, чем вызывает у меня улыбку. – Ладно, пойду тоже спать. Впереди твоего Медведя ждет горяченькое утро.

Только я хочу возразить, что Медведь не мой, как подружка отключается.

Утром я встаю бодрым и в хорошем настроении. Все–таки спать в тишине и ни о чем не думать – это кайф. Принимаю душ, а потом критически рассматриваю себя в зеркало. Запускаю пальцы в волосы, оттягиваю – отросли, а борода вообще как у бабая, скоро косы заплетать можно будет.

— Зарос ты, братец. Надо что–то с этим делать, – прищуриваюсь на свое отражение.

Одеваюсь и иду на кухню за порцией утреннего кофе, попутно набираю на телефоне номер знакомого барбера. Он берет трубку довольно–таки быстро, видимо, рабочий день тоже еще не начался.

— Привет, дорогой!

Приветствую Виктора как старого доброго друга и ставлю связь на громкую, кинув телефон на стол. Заряжаю кофе–машину, лезу в холодильник за колбасой и сыром.

— Мишаня, доброе утро! – Запел елейным, с яркими нотками женственности, голосом Витюша, чем вызвал у меня улыбку. – Ты давно ко мне не заходил, я уж грешным делом подумал, ты меня променял на другого.