Книга Девочка с фермы и мажор, страница 150 – Елена Твардовская

Тина опустила руки, и на её глазах блестели слёзы.

— Получилось? — спросила она, глядя на Еву.

— Получилось, — Ева подошла и обняла её. — Вы — звезда, Тина!

--

К вечеру реклама была готова. Короткая, яркая, с музыкой из сериала и Тиной, которая улыбалась с экрана такой улыбкой, будто все эти годы никуда не исчезала.

Они шли по аллее, и Тина держала Еву под руку.

— Я не знаю, как тебя благодарить, — сказала она, и её голос дрожал. — Ты вернула мне то, что я считала потерянным навсегда.

— Вы сами это вернули, — ответила Ева. — Я только подсказала.

Навстречу им попался Антон. Он остановился, оглядел мать, и его лицо, обычно надменное, стало почти мягким.

— Мама, — сказал он, — ты выглядишь потрясающе. Прямо как в том сериале.

— Правда? — Тина просияла.

— Правда. В чесь чего такой образ?

— Мы сняли рекламу для турбазы, — Тина широко улыбнулась. — Это Ева всё придумала и организовала, представляешь?

Антон улыбнулся, и в этой улыбке было что-то тёплое, почти детское. Он повернулся к Еве.

— Спасибо, Ева, давно я не видел маму такой радостной.

Ева смущённо улыбнулась его внимательному взгляду, и Антон снова обратился к маме.

— Кажется, в том сериале у тебя ещё была брошь с цветочком. Ты её ещё со съёмок унесла и постоянно хранила в своей шкатулке для украшений.

— Точно! — Тина захлопала в ладоши. — Спасибо, милый! Я сейчас, я мигом!

Она побежала к своему шале, оставив Еву и Антона одних.

— Спасибо, — сказала Ева, поворачиваясь к нему. — За вчерашнее. За то, что поддержал меня перед отцом.

Антон смотрел на неё, и в его глазах было что-то, чего она не могла прочитать.

— Я сказал правду. Твой клуб — не просто земля. Это история. И ты... ты целеустремлённая. Это заставляет восхищаться.

— Спасибо, — повторила она, не зная, что ещё сказать.

— Я понимаю, что Глеб в тебе нашёл, — добавил он, и в его голосе не было привычной снисходительности. — Ты не похожа на других.

Ева хотела ответить, но в этот момент вернулась Тина — с брошью на груди, сияющая, счастливая.

— Ну как? — спросила она, кружась перед ними.

— Прекрасно, мама, — Антон поцеловал её в щёку. — Вы с Евой сегодня совершили чудо. А теперь мне пора. Увидимся за ужином.

Он ушёл, и Тина, глядя ему вслед, вздохнула, и повернулась к Еве.

— Евочка, — Тина взяла её за руки, — я хочу тебя поблагодарить. За сегодня. За то, что ты сделала для меня. Ты — лучшая невестка, о которой я только могла мечтать.

Ева застыла. Ей стало стыдно — снова, как утром, как вчера, как каждый раз, когда Тина смотрела на неё с такой теплотой.

— Я... это вы будете прекрасной свекровью, — сказала она, отводя глаза. — Мне пора. Хорошего вечера.

Она развернулась и пошла к своему шале, чувствуя, как на неё смотрит Тина. И в этом взгляде было столько надежды, столько веры, что Ева едва сдерживала слёзы.

Она не заслуживала этой веры. Не заслуживала этой теплоты. Она была самозванкой, которая играла роль, которая обманывала всех — Тину, Сергея, инвесторов, даже себя.

Она подошла к двери шале, взялась за ручку, но не открыла. Постояла, прислушиваясь к тишине за дверью. Глеб, наверное, ещё не вернулся. Или вернулся и ждёт её. Она не знала, чего боится больше — того, что он будет там, или того, что его не будет.

— Идиотка, — прошептала она, толкая дверь.