Книга Наперекор моим ошибкам, страница 107 – Дина Сдобберг

— Мат в каждой строчке, — закатила глаза Белка.

— " Дева любит без истерик, без "до гроба" и соплей, просто будет ненавидеть меньше, чем других людей"- фоном звучала музыка.

— Ну, и кто из них дева? Скажи ещё не совпадает, — улыбался я.

— Лада, очень похоже, — засмеялась и Марина, под слова, что у девы чуйка и её не проведёшь, она внутренним радаром чует любое враньё.

— В точку, — пожал плечами я. — Так что тебе покоя не даёт?

— А где Матвей? — не стала больше отнекиваться она.

— Дома, с Монголом. Или по друзьям. Вон, с мелкими Мавра устраивают борьбу за игрушки. Весело им, кто первый докатится или доползёт до нужной. Как определяют и договариваются за какую погремушку бороться будут, никому не понятно, — хмыкнул я. — А ещё я няню нашёл. В возрасте уже женщина, раньше в ясельной группе работала. Отличная вещь была! Сейчас-то всё поотменяли, садиков с такими группами не найдёшь. Но ещё есть такой нюанс. Вроде небольшой, но ни переступить, ни обойти. Старшее поколение!

— Какое? — удивилась Белка.

— Дед Сабира, к которому мы все прибились, а он и рад, мама Кайрата, это такой шалопай, брат Сабира. А его мама соответственно Сабиру тётя. Мама Заура. Такая заботливая хлопотунья. — Перечислял я, расплываясь в улыбке. — Они тебе обязательно понравятся. Так вот, они в один голос говорят, что дичь это всё, все эти ясли и няньки. Ребёнок должен с мамой быть, дома. А родственники для того и даны, чтобы помогать маме. Где руками, где советом.

— Совершенно согласна, — с серьёзной моськой сообщила мне Белка. — Нам Милана тоже всё время говорит, что первые месяцы и годы самые важные. Ребёнок должен чувствовать безопасность, опору, собственную важность. Даже не осознавая этого. Даже у диких зверей потомство растёт в защищённых норах.

— Ну, у нас с этим не срослось, — скривился я. — Дома у нас была, сама всё видела. Мать не меняется, только хуже становится. До того дошло, что я Мотьку реально стал бояться дома оставлять. Кто знает, что там в башке у мамаши? Вот так накроет, ещё и ударит чем.

Я следил за дорогой, поэтому не сразу среагировал на странную тишину. Белка смотрела на меня широко распахнутыми глазищами, в которых явно отражалась смесь сочувствия и ужаса.

— Эй, ты чего? — взял её за руку я.

Я помнил, как она всегда переживала, когда я за рулём смотрел на неё, а не на дорогу. Поэтому сейчас смотрел строго вперёд, а её руку притянул к себе.

— Всё норм, — успокаивал Белку я. — Я знаешь, долго ждал, терпел. Да и для меня самого новостью никогда не было, что мать меня терпеть не может. Воспринимал как данность. Ну, живут же люди всю жизнь в квартире с тараканами? Ну, вот, деваться некуда. А сейчас всё, терпелка закончилась. Сейчас мы с Монголом хату снимаем, но дело такое, Сабир нас всех к себе гребёт. Говорит, чем ближе пальцы, тем проще сжать руку в кулак. А у всех семьи появляются, каждому есть, что защищать. Реальный шанс выпал нормальные условия для пацана организовать. Я решил квартиру разменять. Точнее просто продам свою часть. Правда, с требованием, чтобы у покупателя была психика оснащена противотанковой бронёй. Помнишь, как в "Кентервильском привидении"?

— А где же вы будете жить? На съёмных? — нахмурилась Белка.

— Неа, — приняв для себя это решение, я обдумывал его неоднократно. — Деньги я внесу как первый платёж. Остальное отдам с зарплаты. Зато дом, пусть и небольшой. Свой участок, друзья рядом. И хочешь, собаку заводи, хочешь кота, да хоть крысу. Никто и ничего не сделает. И малой может носиться по дому, ни соседи не пожалуются, ни навредит никто.