Книга Пари с последствиями, страница 79 – Надежда Волгина

И так он самодовольно при этом выглядел, что внутренне меня передернуло. Сразу вспомнила, как все детство он меня попрекал тем, что заботится обо мне и несет материальные убытки. И выпросить у него деньги на что-то необходимое было почти невозможно — отчим страдал патологической жадностью. Сама я никогда к нему даже не подходила с такими вопросами, всегда действовала через маму, да и то в случае крайней необходимости.

— О да! У Антоши серьезный бизнес, — торопливо заговорила мама. — Несколько станций по ремонту и техобслуживанию автомобилей. Сколько сил он вкладывает в это дело, одной мне известно. На работе пропадает днями и ночами…

Мама продолжала с гордостью нахваливать супруга, я же вспомнила свое детство, когда бизнес отчима только-только начинал набирать обороты. Всю документационную работу волокла на себе мама. Она была у него и бухгалтером, и кадровиком, и директором по маркетингу и связям… И именно она дневала и ночевала на работе, в то время как отчим любил просиживать штаны в кресле перед телевизором и с бутылкой пива. Так что, в успешности бизнеса отчима заслуга была мамина.

— …Знаете какой хваткий. У него все в руках горит, — привлек мое внимание, отрывая от воспоминаний, мелодичный мамин смех.

Она все продолжала хвалить отчима. Я посмотрела на Громова, понимая, что всё это вряд ли его интересует. Ведь отчима даже рядом с ним не поставить по размаху и капиталам. Да и по характеру они как с разных планет. И несмотря ни на что, Игорь делал вид, что внимательно слушает маму. Догадывалась, что это не так, о чем мне честно сказал и его ответный взгляд с затаенной усмешкой в глуби глаз, но должное его выдержке надо было отдать.

— Не то что мой первый муж — у него в голове гулял ветер, а на уме были одни приключения. Вот и нарвался… Игорь, вы ведь знаете, что Антоша Гале не родной отец? — поздно спохватилась мама.

Я же напряглась — очень редко она вспоминала моего отца и еще реже позволяла себе говорить про него гадости, как вот сейчас. И больше всего меня поразило, что сделала она это перед практически постороннем человеке.

Громов ограничился кивком. А мама продолжила:

— Антоша взял на себя обязанности по воспитанию Галины, а росла она не простым ребенком, должна вам сказать. Особенно туго нам пришлось в ее переходном возрасте.

Да ладно! Это вам-то пришлось туго? Да максимум что я себе позволяла, так это изредка высказывать свое мнение, идущее вразрез с вашим. Но я-то знала, как вели себя мои сверстники со своими родителями: и с плохими компаниями связывались, и воровали из дома деньги, и выпивали, и сбегали из дома… И это со мной им было тяжело справиться? Да весь свой переходный возраст я переборола внутри себя.

— Зато выросла она хорошим человеком, — проговорил Громов, накрыв мою руку своей.

Он сделал это демонстративно, в рамках роли. И за это я была ему благодарна. Только вот, мама и тут осталась чем-то недовольной, судя по ее взгляду, брошенному на меня.

— Да-да… — пробасил отчим. — Но и сейчас она не подарок. И хоть я не бью детей, но иногда очень трудно удержаться, чтобы не дать ей ремня.

Вот тут я чуть со стула не свалилась. Да что такое он несет?! И Игорь аж в лице изменился.

— Если бы вы не сдержались, то мне пришлось бы дать вам сдачи, — ровно проговорил он, но я с легкостью подметила в его голосе угрозу.