Книга Любовь для Реалиста, страница 89 – Яна Марс

Она чувствовала, как её тело откликается на каждое его движение, как внутри разливается жар, как мысли отключаются одна за другой, пока не остаётся только он. Только его губы на её шее, его пальцы, его дыхание. Она вцепилась в простыни, потом в его плечи, потом снова в простыни.

— Ты плачешь? — спросил он, заметив слезу на её щеке.

— Нет, — она улыбнулась, размазывая слезу по лицу. — Это от счастья. Не останавливайся.

Он не остановился.

____

Они лежали в темноте, укрытые одним одеялом. За окном светились огни города, в комнате было тихо, только слышно было, как они дышат — ровно, спокойно, в унисон. Она уткнулась носом в его плечо, чувствуя запах его кожи — такой знакомый теперь. Её волосы растрепались, чёлка прилипла ко лбу, но ей было всё равно.

— Ты как? — спросил он.

— Хорошо, — сказала она тихо, почти шёпотом. — Очень хорошо. Это была лучшая ночь в моей жизни.

— Не ночь ещё, — ответил он. — Только начало.

Она подняла голову, посмотрела на него. В темноте его лицо казалось другим — не таким, как в офисе. Мягче. Уязвимее. Она провела пальцем по его губам, по скуле, по лёгкой щетине на щеке.

— Почему ты такой самоуверенный?

— Потому что я знаю, что будет продолжение.

Она рассмеялась — тихо, почти шёпотом. И он улыбнулся. В темноте его улыбка была почти не видна, но она её чувствовала.

Он притянул её к себе, поцеловал в макушку, потом в лоб, потом в губы — медленно, сладко, как будто хотел запомнить её вкус.

— Ты не пожалеешь? — спросил он.

— А ты?

— Я уже жалею.

Она замерла.

— О чём?

— Что не сделал этого раньше.

Она снова рассмеялась, а он прижал её к себе крепче.

— Засыпай, — сказал он. — У нас ещё много времени.

— Знаю, — сказала она и закрыла глаза.

Она не знала, что будет завтра. Не знала, как они будут смотреть друг на друга в офисе, как объяснят это себе, как будут прятаться или не прятаться. Не знала, что скажет Лена, что подумает Сергей, что сделает Светлана, если узнает. Но сейчас — сейчас ей было всё равно. Она лежала в его объятиях, чувствовала тепло его тела, слушала, как бьётся его сердце, и улыбалась в темноту.

Лучшая ночь в её жизни. И это была только правда.

Она закрыла глаза и провалилась в сон без снов — тёплый, глубокий, такой, в котором не было ни тревог, ни страхов, ни завтрашнего дня.

Надя проснулась от солнечных лучей. Июльское солнце заливало спальню, пробиваясь сквозь светлые шторы, и комнату наполнял тот особенный утренний свет, который бывает только летом — тёплый, золотистый, почти осязаемый.

Она не сразу поняла, где находится. Незнакомый потолок, незнакомые стены, незнакомый запах — горьковатый, с нотками кожи и табака, который она уже узнавала где угодно. Она повернула голову — он лежал рядом, смотрел на неё, и улыбался. Не той кривой усмешкой, а другой — мягкой, почти застенчивой.

— Ты давно не спишь? — спросила она, голос был сонным, хриплым.

— Несколько минут, — сказал он. — Смотрю на тебя.

— Зачем?

— Пытаюсь понять, не приснилось ли мне всё это.

Надя хотела ответить колкостью, как привыкла, но передумала. Она провела пальцем по его щеке, по лёгкой щетине, по губам.

— Не приснилось, — сказала она.

Он притянул её к себе, поцеловал в лоб, потом в щёку, потом в губы — медленно, сладко, как будто хотел запомнить её вкус. Она прижалась к нему, чувствуя тепло его тела, и подумала, что могла бы лежать так вечность.