Книга Страх полета, страница 16 – Арт Планк

— Может, мне... — начала она, поворачиваясь к Альбине.

— Нет, не стоит, мне здесь удобнее, — улыбнулась Николь, словно прочитав её мысли, и удобнее устроилась сзади.

Как она это делает? Как умудряется видеть людей насквозь?

Машина тронулась, и город за окнами начал меняться, как декорации в театре.

— А ты такая, как я себе и представляла. — Николь подалась вперёд и легко коснулась её плеча. — Спасибо, что согласилась. Мне правда важно, чтобы ты стала частью выставки, не только как организатор. Я уже вижу те кадры, которые хочется получить. Альбина, останови, пожалуйста, давайте начнём отсюда.

Они вышли, и вечерний воздух окутал их прохладой. Пахло летом, свежей листвой и чем-то неуловимо горьким, как ускользающее время.

Николь достала камеру, и что-то изменилось в её лице. Она стала собранной, сосредоточенной, как хищник перед прыжком. Глаза за объективом светились особым светом.

— Просто будь собой, — прошептала она.

Но кто она такая? Вопрос вдруг стал пугающим. Всю жизнь она знала, кто она: дочь, мать, жена, куратор. А теперь, перед этим бездонным глазом объектива, поняла, что вообще не знает себя.

Сегодня Кир не стал дожидаться, пока Сергеев проснётся, накрахмалит шнурки и соизволит явиться на завтрак. Так же как и вчера, он спустился на лифте, проходя мимо лобби бросил взгляд на сотрудниц, миновал метрдотеля и зашёл в ресторан. Он накладывал еду совершенно не думая, заранее зная, сколько ему нужно будет тарелок, где что находится и сколько кусочков сыра или колбасы положить.

«Одни и те же действия, одни и те же блюда, один и тот же алгоритм. Всегда, — поймал он себя на полпути. — Кир, у тебя портится характер. В твоей жизни совсем нет места случайности и экспериментам. Ты становишься прямо как тот занудный дедуля, которого ты видел в супермаркете. Тот тоже тщательно выбирал молоко… Ты точно хочешь стать таким же?»

Кир усмехнулся, поднял глаза и посмотрел вокруг.

Директора и Аль-Малика он заметил в другом конце зала. Они сидели за столом, уставленным тарелками, и что-то обсуждали. Он решил, что лучше пропустить такую приятную компанию, кивнул коллегам и сел в стороне.

После завтрака он переоделся и спустился вниз. Внутри привычно ныло напряжение — то, что было с ним всегда, как взведённая до предела пружина. Замаскированное под спокойствие и улыбку, но готовое вспыхнуть в любую секунду. Ночь выдалась тяжёлой. Он долго лежал в темноте, вслушиваясь в тишину номера, обдумывая прошлый день и то, что должно было произойти сегодня.

Холл встретил Кирилла прохладой кондиционера. На ресепшене Ася перебирала бумаги, то и дело выглядывая из-за стойки. Он прошёл мимо. Её глаза погасли, и вместо света в них поселилось удивление.

В кресле напротив ресепшена Кир увидел Ангелину. Она сидела, положив ногу на ногу, слегка облокотившись спиной о кресло, и что-то читала в смартфоне. Всё тот же неизменно деловой стиль и подчёркнутая элегантность.

— Доброе утро, — он протянул руку. — Как спалось?

— Спасибо, хорошо, — улыбнулась она. — А вам?

Кир чуть прищурился.

— Неплохо. Если не считать, что сутки могли бы быть часов на десять длиннее, — он мечтательно глянул куда-то вдаль и театрально вскинул руки. — Но говорят, что…

— Кирилл Александрович, вы куда смотрели, когда бронировали номер?