Книга Не грози Дубровскому! Том 12, страница 99 – Антон Панарин

Он был всего один. Нелепый кусок плоти, который даже передвигаться не мог самостоятельно. Его окружили щитовики, семенившие рядом жрецы одно за другим наложили десяток заклинаний, прокатившихся по глазу фиолетовыми всполохами. Сразу стало ясно, что защищают его не просто так.

— Огонь по «глазу»! — выкрикнул я, чуть не срывая голос, чтобы перекрыть вопли и стоны раненых.

Следом за прорывом центрального щита, в нашей защите образовались и другие прорехи. То тут то там пролетал одиночный сгусток плазмы и убивал наших бойцов. А хуже всего было то, что я не мог использовать Шайю. Она, конечно, умница и может стрелять паутиной, вот только дальность у неё неважная, на километр она точно не дострельнет. А значит она бесполезна.

На момент явления глаза огонь по силам неприятеля, не считая дендроидов и артиллеристов, вели только маги Львовича. Мои же бойцы держали щиты и ждали, пока враг подойдёт поближе. Но и по нам лупили в основном только крылатые. Небо раз за разом расчерчивали алые всполохи пролетающей плазмы. Бывало, что плазменный сгусток разбивался о щиты, но временами сносил их, сжигая наших ребят.

Демонская конница завязла в дубовой роще, так что пока расклад ещё оставался более-менее приемлемым.

Всё это пронеслось в моей голове за долю секунды, а следом я услышал два десятка хлопков за спиной. Снаряды один за другим легли в цель. Да, глаз был настолько большим, что по нему было невозможно промазать. Я даже затрудняюсь прикинуть его приблизительную высоту. Метров десять? Или все пятнадцать?

Забавно. Но снаряды прикончили всех демонов в радиусе пятидесяти метров. А вот сам глаз уцелел. По нему пробежались красные разряды молний, и в зрачке появилась алая точка, которая тут же начала быстро увеличиваться в размерах.

— Не дайте ему выстрелить! — одновременно, едва ли не хором, выкрикнули мы с Антипом.

Мощный луч энергии вырвался из зрачка чудовища и вспорол строй дендроидов. Попросту ссёк их, как коса срезает траву. Могучие деревья, перерубленные пополам, рухнули на землю, задавив ещё пару всадников… и полностью открыв прочим путь к земляному валу.

— Немедленно переходим к третьей фазе! — приказал я, понимая, что если глаз выстрелит в земляной вал, то никакие щиты нас не спасут при всём желании.

* * *

Инфернальный план.

Осколок уничтоженного мира Дразург.

Крепость Агония.

На стенах пыточной камеры чадили факелы в виде черепов. Сегодня они смотрели ещё более зловеще, чем обычно. Ершов Валерьян Геннадьевич висел на цепях и горланил песню:

— Тебе кусочек сердца подарю!

Потому что я тебя… ай, сука! Люблю, мать твою!

А рогатый хрен по имени Абаддон,

Он стопроцентный штопанный гондо… Ай! Да жрите вы быстрее!

Валерьяна Геннадьевича медленно пожирал рой насекомых, внешне напоминавших скорпионов, только размером они были меньше, а жалили куда больнее. Букашки вырывали из тела пленника куски и тут же отправляли их в крошечные пасти. Пиршество длилось уже два часа, так что насекомые успели прогрызть брюхо Ершова и теперь пожирали его как снаружи, так и изнутри.

За всем этим наблюдал демон-принц Дразурга Абаддон, пожиратель миров. Он откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ногу и смотрел в потолок, медленно потягивая из тонкостенного бокала напиток, напоминавший по виду человеческую кровь.