Книга Эволюционер из трущоб. Том 7, страница 92 – Антон Панарин

— Почему подальше? В Кунгуре, насколько мне известно из показаний пленников, находится по меньшей мере четыре разлома.

— Осталось четыре. Верно. Но было пять. Мы зачистили самый удалённый разлом, рядом с которым практически не было тварей. А вот остальная округа просто кишит различной живностью. Поэтому я и собираюсь найти другое, менее населённое место, так сказать, — пояснил я.

— Менее населённое… — задумчиво пробормотал Барбоскин и, спохватившись, добавил. — Чего мы на морозе-то стоим? Пройдёмте в мой кабинет. Чай уже заварился. Кстати, славный у вас молот. Прошу. — Старший лейтенант открыл дверь и пригласил меня внутрь.

Мы прошли по тускло освещённому коридору и остановились у кабинета Барбоскина. Раньше этот кабинет принадлежал Фролу, но владелец сменился. С последнего визита в комнате произошли перестановки. Стол сдвинули в угол, добавился дополнительный книжный шкаф и тумба с чайником. Диван поставили рядом с книжным шкафом. Видимо, Барбоскин любит почитать на досуге.

Я сел на диван и посмотрел на книгу, лежащую рядом. На обложке золотистыми буквами красовалась надпись: «Марк Тулий Цицерон». Закладка расположилась примерно в середине книги. Интересно, на чём Барбоскин остановился читать. Открыл книгу и улыбнулся. Мудрость веков гласила:

Бедный: работает и беднеет.

Богач: эксплуатирует бедных и богатеет.

Солдат: защищает обоих.

Налогоплательщик: платит за всех троих.

Банкир: грабит всех четверых.

Адвокат: обманывает всех пятерых.

Доктор: выставляет счета всем шестерым.

Разбойник: запугивает всех семерых.

Политик: живёт счастливо за счёт всех восьмерых.

Написано в 43 г. до нашей эры.

Выходит, банда Барса была практически на вершине пищевой цепи. Забавно. Но в то же самое время, жизненно. Умный мужик этот Цицерон.

— Смотрю, вас заинтересовала книга, — подметил Барбоскин, протягивая мне кружку с чаем и пиалу с печеньем.

Проклятье. Опять печенье и чай. Я сегодня поем нормально? Впрочем, грех жаловаться. Не голоден, и на том спасибо. Приняв угощение, я отхлебнул чай и закусил печеньем с маком.

— Да, занятная книжка, — кивнул я.

— Можете взять, если хотите, — предложил Барбоскин и перешел к делу. — Михаил Константинович. Я всё думал о ваших словах о засилье монстров в Кунгуре. Если вы отправитесь бесцельно искать новый разлом, то может пройти много дней прежде, чем вы его обнаружите.

— Такая вероятность существует, — согласился я. — У вас есть идеи, как ускорить процесс?

— Да. Есть мыслишка, — задумчиво сказал Барбоскин и привалился спиной к стене, сложив руки на груди. Он посмотрел в пустоту и продолжил. — Зачем далеко ходить? Не проще ли выманить тварей из Кунгура?

— Тимофей Евстафьевич, идея, безусловно, замечательная. Но вы меня слушали? Их там сотни. И это не жалкие вервольфы. Там есть и гиганты, и летуны, и чёрт знает, что ещё. Выманить из города их не проблема, вот только тот, кто будет выманивать, очень быстро отправится к праотцам. А я не спешу помирать.

— Вы безусловно правы. Если выманить тварей на открытую местность, то действительно можно погибнуть. Но что если мы заманим их в Кунгурские соляные пещеры? — Барбоскин хитро посмотрел на меня.

— А потом обрушим свод пещер? — улыбнулся я.

— Вы схватываете налету. Так мы не только выманим из города существ, но и уничтожим большую их часть. Скажите, Михаил Константинович, когда вы зачищали разлом, не обратили ли вы внимание на состояние реки Сылва?