Книга Эволюция целителя 2, страница 23 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

— Не могу. Ситуация идиотская, если честно, — выдавил Степан. — Операционные заняты. Ну как я буду оперировать на простом столе?

Я усмехнулся, вспоминая, как работал на Креста. Простой дощатый стол, антисанитария вокруг, а из нормальных инструментов лишь скальпель, да пинцет. Я оперировал на простом столе без проблем, и не жужжал, как некоторые.

— И счёт идёт на секунды. Вы бы видели что с ним. Ожогов много, но это мелочи. Самое серьёзное — проникающая рана в грудной клетке. Шансов мало, — взгляд Степана потускнел, затем он умоляюще взглянул на нас. — Ну что, возьмётесь? А с меня должок тогда.

— Хорошо, возьмёмся, — отозвался я, и Захарыч напрягся.

— Тогда сейчас, дам команду, — Степан отошёл к спасателям. — Всё хорошо, мы передаём вашего Александра в надёжные руки опытных хирургов. Они сделают всё, что в их силах.

— Ну слава богу! — воскликнул пожилой спасатель. — Спасибо вам!

— Пока ещё не за что, — ответил Степан.

Друг Захарыча позвонил кому-то, а затем из правого крыла «Целебника» вывезли носилки с похрипывающим пациентом. Спецодежда на нём уже была разрезана. Белые волдыри ожогов намекали на вторую степень, а из груди торчал кусок металла. Сердце задето, это точно.

Он недолго протянет, если, конечно, и мы откажемся от него.

— Стёпа, ты офонарел? — округлил глаза Захарыч, отводя своего друга в сторону. — Ты хочешь нам сбагрить потенциального покойника.

— Ты не понимаешь, Егор, больше нет вариантов, — с каким-то отчаяньем взглянул на нас Степан.

— Хорошо, не вопрос, — кивнул я и обратился я к помощникам в белых халатах, которые ждали указаний рядом с каталкой: — Везите его к нам в операционную.

Захарыч заскрипел зубами, покраснел. Он подошёл вплотную и зашипел на ухо: — Ты сдурел, Алексей? Опомнись! Он безнадёжен. Ты вытащишь эту железяку — и всё.

— Он ещё дышит, — процедил я, нахмурившись в ответ на давящий взгляд Захарыча. — А раз дышит, значит он жив, Егор Захарович, и мы должны его спасти.

Захарыч спорил со мной недолго. Пострадавшего сотрудники «Целебника» отвезли на каталке в нашу операционную и даже переложили на стол.

— Удачи вам, — сочувственно окинул нас взглядом Степан и покинул помещение.

— Что ж, приступим, — я накинул белый халат, затем нацепил резиновые перчатки. — Настя, скальпель!

Настя замерла, аж рот открыла от удивления.

— Ты… ты собираешься его резать? — выдохнула она.

— Настя, быстрее, — раздражённо произнёс я. — Времени нет.

— Алексей, ты собираешься увеличить рану? Там явно уже внутреннее кровотечение. Я тебе не просто так говорил, что это безнадёжно, — услышал я от Захарыча, который застыл в стороне, посматривая на пострадавшего. — Ты посмотри на него. Вытащишь этот кусок металла — и всё.

— Егор Захарыч, вам персональное задание, — резко обратился я к лекарю. — Готовьте дефибриллятор, подвезите его к столу.

— Лёша, а ты ничего не перепутал? — зыркнул на меня старик.

— Мне нужна ваша помощь, что непонятно? — холодно произнёс я, и Захарыча это отрезвило.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — пробормотал он, направляясь к агрегату, который находился в углу.

— Ахр-р-р-р, — захрипел обожжённый пациент и дёрнулся на операционном столе. Видно, той дозы обезболивающего, который ему вкололи в «Целебнике», оказалось недостаточно. Я тут же исправил положение, отправил в его организм неслабую дозу «Веселящего анестетика».