Книга Эволюция целителя 2, страница 26 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

— Возможно, — бросил я в ответ, обращая внимание на операционный стол.

На нём всё ещё лежал прооперированный мною пациент. Захарыч обрабатывал ожоги спасателя, причём делал это при помощи прибора, похожего на клеевой пистолет. Тот тихо гудел, а из его тонкого сопла распыливалась слегка вязкое поблёскивающее средство.

Ещё один странный прибор, в котором помогла разобраться память предшественника. Назывался он хирургическим спреем, в рукоять которого, как обоймы, были вставлены несколько тюбиков лечебного средства.

И что за средство, я уже понимал по характерному болотному запаху. В обычном мире для обработки таких ожогов назначали препараты с комбинацией аминитрозола, метилурацила и облепихового масла. Именно это оказывало антибактериальное действие и восстановление поврежденных тканей.

Здесь же эту функцию выполнял комплексный препарат — мазь «Заживин-Вектрум+», разумеется, с добавлением активного урра. Куда ж без него? Вот только урр в этом случае использовался в концентрированном виде. Он и давал такой мерцающий эффект.

Сам же спасённый парень мерно сопел, всё ещё находясь под моим наркозом.

— Ты вновь удивил меня, Алексей, — сквозь поднявшийся гул в ушах услышал я голос Захарыча. — Не знал, что ты настолько хороший диагност. Делаешь успехи.

— Ну а как вы думали, почему я взялся за это дело? — ухмыльнулся я старику.

Гул в ушах затихал. Тёмные пятна, снова замелькавшие перед глазами, исчезли. Мой организм адаптировался к изменениям, которые я уже чувствовал каждой клеточкой своего тела.

Это было больше похоже на некий всплеск — мой организм обновлялся, подстраивался под улучшения, подаренные таинственной системой.

Я подошёл к столу, оглядел свою работу. Идеально ровные потемневшие швы, которые уже через неделю рассосутся, оставляя после себя еле заметные белые шрамы.

— Пациента переводим в палату, — сухо сообщил Захарыч. — Неделю он точно будет лежать. Возьмём анализы, затем проследим за состоянием. И капельницы нужны. Слышала, Анастасия? Надо избавиться от продуктов горения, скопившихся в его легких и крови.

— Я займусь этим, Егор Захарович. Нейтрализую токсины, — произнёс я.

— Во герой. Сам только что валялся без сознания, а теперь снова в бой лезешь, — улыбнулся Захарыч.

— Мне уже легче, — твёрдо заявил я.

— Меня печалит другое, Алексей. Денег мы с него заработаем не так уж много, — вздохнул Захарыч. — Понятно, что любая человеческая жизнь бесценна. Но мы не воздухом питаемся, сам понимаешь ведь.

— Думаю, что нам любая реклама не повредит. А Степан не настолько ушлый, чтобы забирать все лавры себе. О нас точно заговорят и спасатели, — улыбнулся я. — Забыл о сарафанном радио?

— Не забыл, но я тебе уже сказал то, что думаю, — выдавил Захарыч. — Возможно, ты и прав, — затем он обратился к ассистентке: — Анастасия, готовь палату и настрой сразу капельницу.

— Хорошо, — закивала Настя.

— И выпей то же самое, что ли, что дала Алексею. Того и гляди свалишься от стресса, — прохрипел старик.

В итоге спасённого пациента перевели в палату, а я наведался к нему до того как Настя прикатила капельницу и почистил его «Нейтрализатором». Токсинов в крови было прилично, а в лёгких и того больше, но я растворил всю гадость без остатка. И, разумеется, понял разницу. Если ранее я бы уже сейчас почувствовал лёгкую просадку в энергии, то сейчас хоть бы хны.