Книга Фармацевт. На задворках Империи, страница 49 – Сергей Харченко, Алексей Аржанов

Когда компания была уже в дверях, Юрский остановил её. Неужели всё это сотворил с ними тот, о ком он подумал?

— Ярослав… этот Ярослав случайно не за Протокой живёт? — прищурился Иван Иванович, ожидая ответа. Когда он узнавал информацию, узнал и адрес помощника Митрофана.

— Именно там и живёт, — произнёс Рамиль. — А почему вы спрашиваете?

— Да просто так поинтересовался, — улыбнулся им Юрский. — Можете идти.

Лекарь остался в кабинете один. Его конкурент опаснее, чем казалось на первый взгляд. И вступать с ним в открытый конфликт может быть чревато.

— Что же делать? — забормотал под нос Юрский.

— Иван Иванович, к вам пожилая пара, Матвеевы, — помощница выглянула из-за приоткрывшейся двери.

— Инна, скажи, чтобы подождали, — взбудораженным голосом ответил лекарь. — Я немного занят.

Так-так. А что если поступить немного по-другому? К Митрофану он точно не обратится, тот его пошлёт. Ведь они враждуют уже давно.

Но что если с этим самым Ярославом не воевать, а использовать его в своих целях?

* * *

Рабочий день подходил к концу, и сегодня я сделал двойную норму. Что было хорошим признаком. Посетителей становилось всё больше, и от этого Митрофан Игнатьевич недоумевал прямо пропорционально этому росту.

— Я вот всё не могу понять, — задумчиво пробормотал он, устало выдыхая, когда последний посетитель, седой мужчина покинул лавку, — отчего так народ повалил. Сарафанное радио что-то уж слишком громко работает. Такого не бывает.

— Всякое может быть, — ухмыльнулся я в ответ. — Наши зелья скоро фору дадут любому лекарскому заклинанию, вот увидите. Это лишь только начало.

— Ты не подумай, Ярослав, я радуюсь. Но… — скорчился Митрофан Игнатьевич. Он вновь начал превращаться. На этот раз быстрее. Вместе с глазами, которые сразу же стали змеиными, кожа на лице моментально покрылась чешуёй.

Наставник успел выпить зелье. И оно подействовало не сразу. Так… Надо подумать об усилении. Видно, магическая зараза, которая сидит внутри него, уже приспособилась к лекарству. Притом следует продумать новый план действий уже сегодня.

Завтрашнее превращение может быть гораздо мощнее, и не удивлюсь, если зелье не подействует.

— Так вот, — просипел наставник, затем прокашлялся и схватил графин с водой, припав к нему на несколько секунд.

Выпив его почти целиком, Митрофан Игнатьевич вытер губы.

— Я радуюсь, но не следует недооценивать лекарей. Иван Иваныч — это всего лишь шестерёнка в этой махине. Там такие хищники сидят, что палец в рот не клади, по локоть откусят. И своего не отдадут.

— Поверьте, Митрофан Игнатьевич, я переживаю об этом меньше всего, — засмеялся я. — Они нам точно не соперники.

— Ты вспомнишь наш разговор, Ярослав, — наставник выставил указательный палец в предупредительном жесте. — Я ведь так же как и ты хочу, чтобы бизнес развивался. Но монополия давит неугодных. Боюсь как бы мы под давлением сильным не оказались.

— Всегда можно что-нибудь придумать, — успокоил я старика.

— Ну ладно, — закряхтев, он поднялся. — Заболтались мы что-то с тобой. А дела без нас не сделаются, сам понимаешь. Надо создать три зелья на утро. В целом, то же самое, что и обычно. От сыпи, от простуды и одно от астмы.

Я был не против. Занялся производством лекарств, и освободился через час. В этот раз получилось быстрее. А это значит, что навыки я оттачиваю гораздо лучше, чем думал. И скорость, с которой я развивался, меня очень воодушевляла. Такими темпами, я быстро верну силу, которой некогда владел.