Книга Я еще не бог. Книга #35, страница 60 – Сириус Дрейк

Впереди показались три грузовика. Скорость была приличная и даже гололед не особо создавал им проблем.

Он шагнул на дорогу.

Первый фургон попытался его объехать. Лермонтов сделал вид, что попытался увернуться, и прыгнул под колеса. Грузовик еле затормозил.

— Эй, придурок! С дороги! — крикнул водитель.

— Добрый вечер, господа, — произнес Лермонтов, подходя ближе и делая вид, что фары его слепят. — Прекрасная погода для прогулки, не находите?

— Ты больной⁈ Мы тебя чуть не сбили!

— Да, это было бы неприятно. Для вас.

Из второго и третьего фургонов посыпались наемники. Человек пятнадцать в черной форме, все вооружены до зубов.

— Кто этот псих? — заорал один из них.

— Неважно! Валите его!

Лермонтов вздохнул и поправил перчатки.

— Молодежь нынче совсем невежливая, — пробормотал он и исчез.

Появился он уже за спинами троих наемников. Короткий взмах руки, и все трое рухнули на землю. Еще двое попытались выстрелить, но их пули застыли в воздухе, развернулись и полетели обратно.

— Вы серьезно думали, что это сработает? — Лермонтов стряхнул снежинку с плеча.

Из дальнего фургона выбрался здоровенный детина с топором. Магический артефакт, судя по свечению.

— А вот это уже интереснее, — оживился Лермонтов.

Здоровяк замахнулся. Топор прошел сквозь то место, где только что стоял поэт, и застрял в асфальте.

— Мимо, — раздался голос сзади.

Противник развернулся и получил удар в челюсть. Его глаза закатились, и он рухнул рядом со своим топором.

Оставшиеся наемники переглянулись и, бросившись с обочины, спрятались за деревья.

— Эй, куда же вы? — притворно огорчился Лермонтов. — Мы только начали!

Он щелкнул пальцами, и из леса начали появляться полуразложившиеся монстры.

— Так-то лучше.

Из второго фургона раздался знакомый голос:

— Э! Мечта некрофила, будь так любезен, подойди ко мне! Надо поговорить!

Лермонтов направился к фургону, попутно отправляя в нокаут еще двух наемников, которые пытались подкрасться сзади.

Дверь он вырвал одним движением.

Внутри сидел Валера, связанный простыми веревками. Даже кляпа во рту не было. Выглядел он при этом совершенно невозмутимым.

— Ну наконец-то, — Валера закатил глаза и посмотрел на Лермонтова со вздохом. — Слушай, тут такое дело…

— Сейчас освобожу, — Лермонтов потянулся к веревкам.

— Стой! — Валера дернулся и перешел на шепот. — Не надо.

— Что значит «не надо»?

Валера закатил глаза и заговорил быстрым шепотом:

— Это постановка. Я специально дал себя похитить. Мне нужно узнать, кто за этим стоит и куда они меня везут. Чем дольше я буду пленником, тем больше узнаю! Это проще и быстрее!

Лермонтов замер с вытянутой рукой.

— Ты шутишь?

— Какие шутки? — Валера покосился на дверь. — Я три часа изображал беспомощную жертву! Знаешь, как сложно притворяться, что эти веревки работают? Чуть рукой пошевелю, и они уже трещат.

— Но я только что убил восемь человек!

— Семь. Один просто без сознания.

— Валера!

— Тише! — король скривился. — Слушай, у них есть еще один фургон, он отстал на пару километров. Там командир отряда. Мне нужно, чтобы он думал, что похищение прошло успешно.

Лермонтов медленно опустил руку.

— И что мне делать?

— Притворись мертвым.

— Что⁈

— Ну или тяжело раненым. Импровизируй! Ты же поэт! — Валера закинул веревку на плечи и принял страдальческий вид.