Книга Я еще не бог. Книга #35, страница 61 – Сириус Дрейк

Лермонтов посмотрел на него, потом на разбросанные тела наемников, потом снова на Валеру.

— Я слишком стар для этого дерьма, — пробормотал он.

Вдалеке послышался звук мотора. Приближался четвертый фургон.

— Быстрее! — промычал Валера сквозь зубы.

Лермонтов огляделся, нашел относительно чистый участок снега и картинно рухнул на спину. Для убедительности он создал небольшую лужу крови рядом с собой.

— Как я выгляжу? — спросил он, не открывая глаз.

— Переигрываешь, — донесся приглушенный голос Валеры. — Руку убери, мертвые так не лежат.

Лермонтов поправил руку.

— А теперь?

— Нормально. И не дыши так громко.

— Я вообще не дышу!

— Вот и продолжай.

Четвертый фургон подъехал и остановился. Хлопнули двери. Послышались шаги и приглушенные голоса.

— Что тут произошло⁈

— Какой-то псих напал… Мы потеряли семерых…

— А груз?

— Груз цел.

— Отлично. Грузите его в мою машину. И уберите этот труп с дороги.

Лермонтов почувствовал, как его подхватили под руки и потащили к обочине. Это было унизительно. Он, Михаил Юрьевич Лермонтов, один из сильнейших магов Империи, последний некромант! Лежал в канаве и изображал покойника.

— Тяжелый, зараза, — запыхтел один из наемников.

— Давай быстрее, шеф ждет.

Его бросили в сугроб. Снег забился за шиворот. Лермонтов героическим усилием воли подавил желание чихнуть.

Машины уехали.

Несколько минут он лежал неподвижно, прислушиваясь. Потом осторожно приоткрыл один глаз.

Никого.

Лермонтов сел, отряхнулся и достал телефон.

— Михаил, — сказал он, когда на том конце ответили, — мне нужно срочно поговорить с тобой. И да, Валера в порядке. Относительно. Он… занят.

* * *

г. Широково.

Дорога обратно показалась вечностью.

Фанеров шел рядом, периодически бормоча что-то себе под нос. Иногда на долю секунды его глаза вспыхивали золотом, и тогда он замолкал, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя.

— Лора, что скажешь? — спросил я мысленно.

— Божество затаилось. Не проявляет активности, но и не уходит. Как паразит, который нашел удобного хозяина.

— Приятное сравнение. Надо быстрее прийти, и достать его из Жени.

— Да без проблем. Жаль, что дружеские посиделки закончились очередным пизд…

— Ой! Как некультурно! — ухмыльнулся я.

Антон шел впереди, то и дело оглядываясь на Фанерова. Дима замыкал шествие, держа руку на рукояти меча.

— Жека, ты как себя чувствуешь? — спросил Антон в очередной раз.

— Нормально, — отозвался тот. — Только в ушах иногда звенит. И еще мне кажется, что кто-то смотрит на меня изнутри. Я даже лекарям не даю смотреть внутрь себя… А тут… гадство.

— Это потому что так и есть, — буркнул Дима.

— Спасибо, Бердышев. Очень поддержал. Счастья тебе, здоровья! Успехов в познании самурайской жизни!

Мы вышли к выходу из Дикой Зоны около моего особняка. Гвардейцы графа Бердышева, до сих пор занимавшие мою недвижимость в мое отсутствие, напряглись, увидев нашу компанию.

— Царь Кузнецов, — козырнул старший. — Все в порядке?

— Относительно, — ответил я. — Нам нужно в особняк.

Он кивнул и открыл проход.

И тут же высоко на стене завыли сирены. Замигали красные лампы. Огоньки, расположенные на вершине стены, начали мигать по направлению КИИМа.

— Что за хрень⁈ — Фанеров зажал уши.

— Это на него реагирует, — сказала Лора, появившись рядом. — Точнее, на его нового соседа внутри.