Книга Я все еще не бог. Книга #36, страница 82 – Сириус Дрейк

— Слушаю.

Кутузов положил обе руки на колени и посмотрел графу прямо в глаза.

— Петр Первый нападет на Сахалин через два дня. Это информация из трех независимых источников. Все подтверждается.

В кабинете повисла тишина. Бердышев медленно снял очки и протер их платком.

— Два дня, — повторил он.

— Именно. Есть информация о том, что помимо армии Петра, Хаос тоже в деле. Сам понимаешь, что это значит.

— Понимаю, — кивнул граф. — А что с самим Михаилом? Он в курсе?

— В курсе и готовит оборону. Но одними питомцами и сахалинским гарнизоном он не отобьется, сам понимаешь.

Бердышев откинулся на спинку кресла и некоторое время молчал, глядя в потолок. Потом посмотрел на Кутузова.

— Сергей Михайлович, вы ведь понимаете, что если мы отправим войска на Сахалин, наши позиции в Москве ослабнут? Петр может ударить и по нам.

— Знаю, — кивнул генерал. — Но на Сахалине моя дочь и два твоих сына. И мои внуки, которые только появились на свет. Если остров падет, мы потеряем всех.

Бердышев выдохнул.

— Вы правы. Если Кузнецов устоит, Петр потеряет большую часть сил.

— Вот именно.

Граф поднялся, прошелся по кабинету и остановился у окна. За стеклом шел мелкий снег, покрывая двор тонким белым слоем.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Я отправлю две трети своей армии. Это около четырех тысяч бойцов. Плюс артиллерия и маголитовые установки, которые мы недавно разработали.

— Я тоже отправлю своих людей, — кивнул Кутузов. — Пять ударных рот и спецгруппу. Сам поведу их в бой.

— Лично? — поднял бровь Бердышев.

— А ты думал, я буду из Москвы по телефону командовать? У меня зять на передовой, дочь и внуки заражены какой-то космической дрянью. Какое тут «из Москвы»?

Бердышев позволил себе легкую улыбку.

— Знаете, Сергей Михайлович, когда мой Дима связался с Кутузовым, он сильно возмужал. Но иногда мне кажется, что мой сын может погибнуть в любой момент, находясь рядом с ним. Хотя я просил его присматривать за Димой.

— Все, кто связался с Кузнецовым, рано или поздно оказываются либо в броне, либо в лазарете, — фыркнул Кутузов и поправил усы. — Иногда одновременно.

Оба рассмеялись, но смех быстро затих. На душе было невесело.

— Я позвоню Михаилу, — сказал Бердышев, доставая телефон. — Предупрежу, что подкрепление на подходе.

— Скажи ему, чтобы подготовил портал. Так быстрее.

— Разумеется.

Кутузов поднялся. Кресло облегченно скрипнуло.

— Ростислав, еще одно…

— Да?

— Если я не вернусь, присмотри за моей Марфой. Она женщина сильная, но упрямая.

— Не обещаю, — покачал головой Бердышев. — Потому что вы вернетесь. И потому что ваша Марфа меня самого присмотрит, если что.

Генерал хмыкнул, пожал графу руку и вышел.

Андреев заглянул в кабинет через минуту.

— Ростислав Тихомирович, все в порядке?

— Нет, Василий Иннокентьевич. Совершенно не в порядке. Объявляй сбор двух третей личного состава. Полная боевая готовность к завтрашнему утру.

Андреев поправил монокль и кивнул.

— Могу я уточнить направление?

— На Сахалин через портал.

— Сахалин, — повторил помощник без тени удивления. — Я распоряжусь.

Когда дверь за ним закрылась, Бердышев набрал номер Михаила.

* * *

Москва.

Особняк Кутузовых.

В кабинете было тихо. Только потрескивал камин и еле слышно тикали старинные напольные часы.

Кутузов стоял у оружейного шкафа и молча разбирал свои доспехи. Нагрудник он положил на стол и протер мягкой тряпочкой. Поверхность блестела, ни одной царапины. За три года доспехи ни разу не покидали шкаф. Он надеялся, что и не покинут.