Книга Личный аптекарь императора. Том 4, страница 68 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Нельзя, — строго сказал Лида. — Ты ещё мала по балам ходить. Да и нет у тебя бального платья.

— А я твоё надену. Я видела в гардеробной твои бальные платья. Они такие красивые.

— Можешь примерить, но на бал не пойдешь. Вот в следующему году…

— Ладно-ладно, — отмахнулась она. — Не сильно-то и хотелось. Всё равно я там никого не знаю. Не танцевать же одной… Жаль, что Ваня учится в другой академии. Кстати, он вчера вместе с отцом приезжал в Москву по делам и к нам на ужин приходил. Хотел с тобой поговорить, — сказала она мне.

— Хорошо. Я позвоню ему.

Я взглянул на часы и двинулся к двери. Нехорошо заставлять девушку ждать.

Лена уже была готова, поэтому, как только я набрал её номер, выпорхнула из дома и подошла к машине. Она была просто великолепна в золотистом платье, на высоких каблуках и в украшениях с бриллиантами.

— Ну как я тебе? — она покрутилась передо мной.

— Сногсшибательна, — я поднял вверх большой палец, схватил её за талию и притянул к себе. — Будешь королевой бала?

— Только если ты будешь королём, — промурлыкала она.

Мы поцеловались, но так, чтобы у неё помада не размазалась. Эх, женщины. Во всех мирах одинаковые.

Ещё издали я увидел, что академия подсвечена огнями, а над входом висит плакат «Добро пожаловать, первокурсник! Удачного пути!».

Я припарковался в ряду «Б» и, встретившись с вопросительным взглядом Лены, с довольной улыбкой показал ей разрешение от декана и объяснил, за что его получил.

Мы поднялись по лестнице, и я заметил Сеню среди нарядно одетых студентов, толпившихся у входа. Он выглядел удрученным.

— Привет. Ты чего здесь?

— Она сказала, что не знает, о чём я, — вполголоса сказал он с совершенно потерянным видом.

— А о чём ты? — уточнил я.

— Аурика. Она вышла из своего дома с каким-то парнем и прошла мимо. А когда я её спросил насчёт записки, она сказала, что ничего не получала.

— Не заметила, наверное, — пожал я плечами.

— Как это не заметила, если я написал записку на жёлтой бумаге и нарочно положил так, чтобы край торчал?

— А, может, она выронила записку? — предположила Лена.

В это время сзади послышался насмешливый голос.

— Ты не эту ли записку потерял, горе-любовник?

Мы обернулись. Илья Харитонов размахивал жёлтым бумажным листом. Рядом с ним стояли Максим Филатов и ещё один однокурсник. Они гоготали как припадочные.

— Так это ты вытащил записку из тетради? Дай сюда! — Сеня решительно двинулся к троице.

— А ты отними, — хохотнул он и задрал руку с листом вверх.

Сеня был ниже его ростом, но обязательно бы допрыгнул, но тут записку выхватил Максим и отбежал в сторону.

— Нужно показать эту записку её дружку. Думаю, он быстро образумит героя-любовничка! — нарочито громко выкрикнул он.

Раскрасневшийся Сеня бросил за ним, но Максим ловко бегал среди студентов, продолжая веселиться. Когда Сеня почти догнал его, снова вмешался Харитонов. Он забрал записку и взобрался на широкие мраморные перила.

— Минуточку внимания! Дамы и господа, у нас есть для вас веселенькая история!

Студенты, что толпились на крыльце и у парковки, заинтересованно повернулись к нему.

Сеня же почти добежал до Харитонова, но тут его за руку схватил Максим и заломил назад. Парень упал на колени и застонал от боли.

— Один наш товарищ, а вот, кстати, и он, — продолжал веселиться Илья и указал на Сеню, — написал любовную записку, и не кому-нибудь, а нашей прелестной…