Книга Четыре шага в бреду, страница 128 – Евгений Таганов

— Поймал так поймал. Представляю, как бы хохотал сейчас твой отец, — Зацепин не спешил прятать деньги. — Давай, тысячу я беру, а тысячу другому штабисту отдавай сам.

— Ага, чтобы он мне кости за это переломал. Не-не. А чтобы ты не сильно расстраивался, в субботу внесешь мне две тысячи тугриков за годовое членство в клубе.

— Даже так? И на что мои деньги пойдут? В общий клубный котел? Не хотелось бы.

— А на что хотелось бы?

— В какой-нибудь прозрачный благотворительный фонд, например. Что позволит вам отпочковаться от клуба и зажить отдельной финансовой жизнью.

— Опаньки! — Алекс наверняка бы взвился от восторга, если бы не был пристегнут ремнем к пассажирскому сиденью. — Дядя Петя, ты — супер! Жорка в осадок выпадет!

Жорка часом позже уже в Директории действительно выпал в осадок:

— А точно. Мы ведь и так учредили ежегодную премию, а это под нее непотопляемая база. Интересно, а мы как частные лица можем замутить такой фонд?

Тут же, прямо на директорском столе вошли в Интернет и обнаружили, что это вполне возможно: нужны устав, юридический адрес и регистрация фонда в Минюсте. Закавыка была лишь в том, что называть благотворительностью. Алекс, недолго думая, предложил обозвать это Фондом поддержки самодеятельных творческих работников:

— А что, вышивание крестиком тоже можно назвать творчеством, разве нет?

— Точно. А еще мы найдем тех, кто будет жертвовать в этом фонд мульёны, и вкатим за это вышивание крестиком больше, чем за «Большую книгу». Всех гипер умоем!! — Хазин так этим загорелся, что готов был сразу за директорским компьютером сочинить устав, но старший князек погнал его вон («Сочиняй в другом месте»).

Позвонил Сабине, та снова где-то барражировала со своим папенькой, пообещала через час заехать за ним прямо в «Арго». Не успел сказать ей, чтобы ехала прямо в Треххатку, поэтому пришлось сидеть и ждать. Отпустив домой Леночку, пошел делать хозяйский обход своих трехэтажных владений. В Тире пометал топоры с лопатками, в бильярдной покатал шары, заглянул в Желтый зал, досмотрел там четвертинку старого хичкоковского фильма. Среди зрителей заметил режиссерскую студию почти в полном составе — просветительская стратегия Хазина уже приносила свои плоды.

Когда фильм закончился, Сабины все еще не было, зато открылся Ночной клуб, что спонтанно настроило Алекса на командирский лад. Несколько раз за истекшие недели пересекаясь с его мажорными завсегдатаями, он нет-нет да и ловил на себе их насмешливые взгляды — все каким-то боком да успели — познакомились с аниматорской деятельностью заезжей питерской братии. Нельзя сказать, что это как-то особенно цепляло Алекса, но ведь и своя команда тоже могла увидеть эти ухмылки над их боссом. Как с этой публикой разобраться, он не очень представлял, но именно сейчас понял: КАК.

Спустился по главной лестнице в вестибюль и со стороны стал наблюдать за очередью молодых расфуфыренных людей, что втягивались в гостеприимные ресторанно-танцпольные двери. Через стеклянные стены виден был и ресторанный коридор, ведущий в гардероб и туалет. Вот в нем остановилась группа из четырех панков (два самца, две самки). Трое собирались проходить в ресторан, один спорил и рвался в туалет. Вырвался и пошел, а трое его спутников двинулись занимать столик.